Читаем Гамбит клингонов полностью

– Держите руки подальше от фазеров, – предупредил он их. Кирк снял с пояса свой коммуникатор и сказал:

– Авитс, Чехов! Последние клингоны у меня на мушке. Идите ко мне, ориентируясь по сигналу. Конец связи.

Он поставил коммуникатор, служивший теперь маяком, у своих ног; его глаза настороженно следили за обоими клингонами, распростертыми на мостовой.

Непонятно откуда взявшийся тяжелый ботинок с хрустом раздавил передатчик, и Кирк, сконцентрировавший все свое внимание на поверженных врагах и понадеявшийся на скорый приход своих офицеров, понял, что допустил большую оплошность. Повернув голову, он увидел направленный на него ствол тяжелого лучевого пистолета, рукоятка которого словно приросла к ладони Кислата.

– Я не буду стрелять, Кирк. Пока… Мне нужны эти двое.

– Мы могли бы договориться, – сказал капитан и почувствовал, что во рту у него пересохло. – Убери свой пистолет, а я отпущу твоих людей.

– Ты хочешь воспользоваться ими, как заложниками? Едва ли у тебя что-нибудь получится, злобно усмехнувшись, проговорил Кислат. – Для меня они совершенно безразличны. Но если ты убьешь их, то сразу потеряешь все свои козыри. А если ты побоишься стрелять, то они поймут это, и тогда тебе конец. В любом случае ты уже покойник, космическое отребье.

Кирк посмотрел в холодные, презрительные глаза клингона, заранее праздновавшего победу, и почувствовал явственный холодок смерти, уже приготовившей для него свое покрывало. В голове лихорадочно метались обрывки мыслей. Неужели конец? Оставалась одна, призрачная надежда: Авитс и Чехов. Успеют ли? Но помощь пришла неожиданно и совсем с другой стороны. Глаза Кислата вдруг остекленели и подернулись дымкой. Он сложился гармошкой и рухнул на мостовую в нескольких метрах от солдат. Лучевой пистолет выпал у него из рук и, слегка клацнув, упал на мостовую.

– Лейтенант Кислат превысил свои полномочия, – сказал Калан равнодушным и усталым голосом. Капитан «Террора» держал в руке фазер и поглаживал большим пальцем триггер, как бы раздумывая: «А не прикончить ли ему своего старпома?» Очередь из нескольких маломощных импульсов вполне могла бы парализовать сердце.

– Очень рад, что вы пришли к такому мнению, – облегченно вздохнув, отозвался Кирк. Он выпрямился, но ствол его лучевого пистолета не дрогнул, и клингон продолжал оставаться на линии огня.

– Этот лучевой пистолет можете оставить себе, Кирк.

– Я прекрасно обойдусь своим оружием, – сказал капитан «Энтерпрайза», бросая оружие Калану, который легко, одной рукой, поймал его и засунул за пояс. – Сейчас сюда придут мои офицеры, так что поосторожнее обращайтесь со своим фазером.

Калан убрал фазер в кобуру, а затем пояснил:

– Эта атака была неспровоцированной. Я наблюдал за ходом событий по монитору и сразу поспешил сюда, взяв с собой отделение верных мне солдат. Они сейчас вылавливают его людей; все, кто подчинился Кислату, будут сурово наказаны.

– Казнены?

– Возможно. Но сначала допрошу самого Кислата. Это доставит мне огромное удовольствие. То, что случилось сегодня, задевает мою честь и ложится пятном на мою репутацию. Я не могу пустить это дело на самотек. Налицо все признаки мятежа.

– Второго за последнее время, – многозначительно произнес Кирк, желая сбить с толку капитана дредноута своей информированностью.

– Такова жизнь на любом звездолете Космических войск Империи. Мне приходилось бывать и не в таких переделках, и я всегда выходил из них победителем. Я – самый везучий, самый сильный, самый умный и самый быстрый из всех командиров кораблей. Но, когда мною будет сделан неверный шаг, мое место займет другой, более способный. Таков естественный порядок вещей. Но он… Он ни-ког-да не будет капитаном!

Голос Калана зазвенел неприкрытой ненавистью:

– Этот ублюдок – сын первого секретаря и давно метит на мое место. Впрочем, оно для него просто трамплин для прыжка на более высокую должность в штабе. О, с каким удовольствием я допрошу его!

Калан услышал за спиной шорох и оглянулся. Авитс и Чехов приближались бегом, с фазерами в руках. Кирк сделал им знак, запрещающий вести огонь.

– Благодарю вас, капитан. Если бы не вы, то ваш старший помощник, наверняка, просверлил бы в моем лбу дырку.

– Я сделал это лишь для себя. Если бы он не был мне нужен, то я не стал бы мешать ему, – после этих слов Калан повернулся и зашагал прочь, высоко и надменно держа свою голову.

– Поднять троих, – сказал Кирк в коммуникатор, взятый у Чехова. Фигуры капитана, мичмана и Авитс замерцали, растворившись в потоке высокой энергии, и исчезли с поверхности Алната-2, чтобы через доли секунды материализоваться в транспортаторе «Энтерпрайза».

– Рад видеть тебя, Джим, – взволнованно сказал Маккой. – С этими машинами страху не оберешься. И вообще, от них вреда больше, чем пользы.

– Я тоже рад возвращению на корабль, Боунз. Однако, этот транспортатор – одна из немногих вещей во всей Вселенной, на которую можно положиться.