Читаем Галлюцинации полностью

Приблизительно в то же самое время я натолкнулся на пару книг, написанных в 20-е годы XX века физиологом и психологом Генрихом Клювером. В первой книге – «Мескаль» – он приводит обзор литературы об эффектах мескаля и описывает свой собственный опыт его употребления. Закрыв глаза, как Уэйр Митчелл, Клювер тоже видел сложные геометрические рисунки:

Клювер считал эти галлюцинации результатом аномальной активации зрительной системы и подметил, что такие же галлюцинации могут появляться при целом ряде патологических состояний – при мигрени, сенсорной депривации, гипогликемии, высокой температуре, делирии, а также в гипнагогических и гипнопомпических состояниях (состояниях, возникающих иногда непосредственно перед засыпанием или сразу после пробуждения). В книге «Механизмы возникновения галлюцинаций» Клювер говорил о склонности зрительной системы головного мозга к «геометризации». Все геометрические галлюцинации он считал перестановками четырех фундаментальных «инвариантов форм» (таковыми инвариантами он считал решетку, спираль, кружево и туннель). Клювер предположил, что такое постоянство форм может многое сказать об организации и функциональной архитектонике зрительной коры, но это было единственное, что можно было предположить в 20-е годы.

Надо сказать, что оба эти подхода – возвышенный «мистический» подход Хаксли и «приземленный» физиологический подход Клювера – представляются слишком узкими: ни один из них не дал возможности обосновать всю широту спектра эффектов мескалина. Это стало ясно в конце 50-х годов, когда широкодоступным стал ЛСД, а также гриб псилоцибин и некоторые виды вьюнковых растений (в обоих источниках содержатся вещества, подобные ЛСД). Наступила новая эра галлюциногенов, названных на этот раз психоделиками.

Дэниел Бреслав, в 60-е годы молодой выпускник колледжа, стал одним из испытуемых в исследовании действия ЛСД, проведенном в Колумбийском университете. Бреслав дал очень живое и яркое описание своих визуальных переживаний. Он принимал псилоцибин под наблюдением специалистов, поэтому его реакции были тщательно запротоколированы, а сам он находился под неусыпным наблюдением[43]. Так же как Уэйр Митчелл, Бреслав первым делом увидел звезды и разные цвета:

Потом Бреслав открыл глаза. «С закрытыми глазами я находился не здесь, – вспоминал он. – Я пребывал в каком-то дальнем абстрактном мире. Но, открыв глаза, я с удивлением и любопытством воззрился на мою привычную вселенную». Это и в самом деле было удивительное и любопытное зрелище. Мир вокруг непрестанно менялся, менялся причудливо и прихотливо, как менялся клуб любителей гашиша в глазах Теофиля Готье. Бреслав пишет: