Читаем Гайдзин полностью

— Сначала нам необходимо убедиться, что у доктора Хоуга все получилось. Если нет… возможно, я, в конце концов, должна буду отправиться с клипером.

— Более чем вероятно, что Хоуг вернется сюда с катером, тогда мы сможем принять решение. — Джейми помолчал и добавил, не веря в это: — Так или иначе все образуется. Не тревожьтесь.

— Как насчет того, чтобы попросить Эдварда Горнта присоединиться к нам? — спросила она.

— Нет, — ответил Джейми. — Нас троих с Хоугом достаточно. Я уже заказал места на пакетботе для Хоуга, вас и себя.

— Анжелика, — вмешался Скай, — вам гораздо разумнее остаться здесь. Здесь все знают, что Крошка Вилли принял решение вопреки вашим желаниям, это дает вам некоторое преимущество в общественном мнении.

— Если у нас не получится похоронить Малкольма, тогда я поеду. Я должна быть на его похоронах, иначе нельзя. — Она вздохнула. — Нам нужен руководитель нашего предприятия. Джейми, им должны быть вы.

— Я согласен, — кивнул Скай. — А пока давайте дождемся доктора Хоуга.

Джейми открыл было рот, но промолчал, потом кивнул и прошел в свой кабинет. Большая стопка писем ждала решений. Он начал разбираться с ними, работая усердно, но его внимание все время притягивал к себе ящик стола. В нем лежало письмо Морин. В конце концов он швырнул ручку на стол, вынул письмо и перечитал его. Он мог бы и не делать этого, потому что читал его уже раз двадцать.

Главное его предложение гласило: «Поскольку ответа на мои горячие просьбы и молитвы, чтобы ты вернулся и начал нормальную жизнь дома, нет, я решила всецело положиться на нашего Создателя и отправиться в Гонконг, или в Японии, где бы ты ни оказался. Мой любимый отец ссудил нам денег, которые занял, заложив наш дом в Глазго — пожалуйста, оставь мне записку в конторе Кука в Гонконге, ибо я отплываю завтра, в каюте второго класса на пароходе „Истерн Мэйл“ компании „Кьюнард“…»

Письмо было написано более двух с половиной месяцев назад.

Он простонал. Она будет в Гонконге со дня на день. Мое письмо пришло слишком поздно. Что мне теперь делать? Улыбаться во весь рот? Спрятаться? Удрать в Макао, как старый Аристотель Квэнс? Ни за что. Это моя жизнь, и я никоим образом не могу содержать жену, мне не нужна жена… я не могу просто написать ещё одно такое же письмо и позаботиться, чтобы оно встретило её по приезде. Мне придется…

Стук в дверь прервал его мысли.

— Да? — проревел он.

Варгаш осторожно просунул голову в дверь.

— Вы можете уделить мне секунду, сеньор?

— Да, что такое?

— Вас хочет видеть один человек, — презрительно скривив губы, доложил Варгаш, — некто мистер Корниман, кажется, так он себя назвал, если я правильно расслышал.

Это имя ничего не говорило Джейми. Варгаш приоткрыл дверь чуть шире. Низкорослый, похожий на хорька человечек был одет как-то странно: наполовину европеец, наполовину японец. Рубашка, штаны, пальто на толстой подкладке, чисто выбрит, волосы чистые, заплетены сзади в косичку, нож у пояса, изрядно стоптанные сапоги. Лицо его было Джейми не знакомо, но здесь, в Японии, внешность была обманчива и незнакомцы часто оборачивались совсем не тем, чем казались на первый взгляд. Подчиняясь внезапному порыву, он сказал:

— Входите, пожалуйста, садитесь. — Тут он вспомнил про пакетбот. — Варгаш, будьте добры, попросите капитана Бидди заглянуть ко мне на минутку. Он должен быть в клубе. Присаживайтесь, мистер Корниман, если не ошибаюсь?

— У тя есть чего выпить, приятель?

— Кто вы такой и что вам нужно?

— Джонни Корнишмен помнишь, я видел тя с тайпэном, я да мой приятель, Чарли Янк, мы старатели, пра-ально?

— Старатели? А, да, я тебя помню. — Сейчас этот человек выглядел чистым и опрятным, тогда же он был заросшим, грязным, дурно пахнущим бродягой. Только его злобные, вороватые глазки остались теми же. — Мы заключили с вами сделку, но вы сговорились с Броками, — резко сказал он, — вы нас продали.

— Ага, продали, эт'верно. Мы ж бизнесмены. Норберт дал нам больше, скажете не так? Забудь о нем, его больше нет. Спервоначала надо выпить, а? Потом потолкуем.

Джейми скрыл свой интерес. Такой не вернется пустым, что-то они там отыскали. Он отпер буфет и налил полбокала рома.

— Вы наткнулись на что-нибудь?

Человечек разом проглотил половину, поперхнулся и осклабился, обнажив десны, из которых криво торчали два последних потемневших зуба.

— Енто получ'че саке будет, клянусь Создателем, только я не в накладе, эти ихние маленькие шейлы[38] заставят тя забыть про любую выпивку. — Он рыгнул и ухмыльнулся. — Только покуда ты моисся. Господи, ну и приставучи они нащет воды да мытья, почище нашей Ёсивары, но уж когда ты вымоисся, тут они готовы задницами трясти да вертеть, пока Царствие Небесное не прииде! — Он грубо захохотал собственной шутке, потом сказал жестко: — Есть луччий пароходный уголь, тонны, приятель, хватит, штоб набить весь наш етитный флот. За половину гонконгской цены за тонну.