Читаем Fuga maggiore полностью

— Хочешь умереть? — ухмыльнулся Юрий. — Спроси, хочу ли я похудеть. Сто раз тебе объяснял, что у меня не жир, а мускулы. На чем мы остановились?..

И тут в коридоре затарахтел звонок. Начиналось очередное занятие.

— Ну все, опоздали, — Михаил почесал в затылке. — Ладно, Юрка, идем. А то еще штрафных баллов влепят…

— Сейчас. Фуоко, и все-таки, где ты видела одиночную волюту? — на лице Юрия появилось почти умоляющее выражение.

— Да отстань ты от ребенка, — досадливо сказал ему Михаил. — Не видишь, она нас уже за чокнутых держит? И вообще, выдумывает она. Идем давай.

От снисходительного выражения на его лице Фуоко вдруг разозлилась. Подумаешь, красавчик ставрийский! Какой она ему ребенок? В конце концов, если он на втором курсе, то старше ее года на четыре. Ну, максимум на пять. Тоже старикашка выискался!

— У себя в руках видела! — яростно сказала она, спрыгивая на пол. — Ясно?

Она сложила ладони лодочкой, и в них ярко вспыхнул белый светлячок. Прикусив губу, чтобы не позволить процессу зайти слишком далеко и сформировать полноценную волюту, она протянула руки, с наслаждением наблюдая за ошарашенными физиономиями ставрийцев.

— Понятно? — спросила она, заставив светлячка рассосаться и пропасть. — Если до конца довести, настоящая волюта получится, стреляющая. Только здесь показывать не стану, и не просите, а то еще нападет на вас. Ну и кто врет?

— Сдохнуть и не встать… — пробормотал Михаил. — Не верю. Так не бывает. Сеня, дай мне в ухо, чтобы я проснулся.

— С размаху или не сильно? — деловито осведомился Юрий, сжимая кулак и разминая костяшки другой рукой. — За то, что девушку обидел, положено сильно.

— Эй! — Михаил опасливо отступил на шаг, едва не оторвав провод наушника от стола, не отрывая, впрочем, взгляда от светлячка. — Свой разряд по боксу на какой-нибудь другой груше поддерживай. Так, прекрасная дэйя Фуоко… прошу прощения, фамилию запамятовал…

— Винтаре, — польщенная «прекрасной дэйей», Фуоко позволила огоньку погаснуть. — Фуоко Винтаре.

— Ага. Прекрасная дэйя Фуоко Винтаре, приношу свои извинения за пренебрежение. Обещаю, больше не повторится. У меня к тебе тысяча вопросов, но задавать их сейчас я не стану. Нам с Юркой действительно пора бежать, у нас по матфизике семинар, а препод злющий. Навесит штрафных баллов за опоздание, отдувайся потом перед куратором. Давай так… — Он на мгновение задумался. — Есть классная кафешка недалеко отсюда, в ресторанном квартале. Э-э… вспомнил, «Огни Кушуры» называется. Такие пирожные пекут — пальчики оближешь! На вечер у тебя какой график? Я угощаю.

— У меня… нет, не могу, — Фуоко вовремя прикусила язык — она почти ляпнула про эксперименты в бункере. — И завтра не могу. И…

— Понял, моя прекрасная фея, не дурак, — Михаил ослепительно улыбнулся, и у Фуоко вдруг что-то сладко ёкнуло внутри. — Не навязываюсь. Но хотя бы можно надеяться на продолжение разговора в сугубо деловой обстановке? На отдельном семинаре, благо абсолютно по теме?

— Э-э… — Фуоко вспомнила незаконченный доклад, над которым работала уже пятую декаду. — Ну, может быть… Только…

— Да, моя прелестная муза?

— Не говорите никому, ладно? Про волюту? — почти жалобно попросила девушка. Она уже раскаивалась, что поддалась порыву. И так из-за парсов на них с Киром пол-университета пялится, а если еще и узнают об ее особых способностях, то от ярлыка «эйлахо» и шепотков за спиной до самой смерти не отделаться.

— Заметано, могила, — пожал плечами Юрий. — Не волнуйся, я лично за нашим треплом прослежу. Паладары в курсе? Ну и ладно, остальное не наше дело. Миха, топаем.

— Разумеется, моя…

Услышать, каким еще эпитетом ее наградит заморский красавец, Фуоко не успела: Юрий вытащил наушник, ухватил своей лапищей товарища за загривок и почти выволок его в коридор, подмигнув Фуоко на прощание. Оставшись в одиночестве, девушка покосилась на невозмутимо наблюдающую за сценой Зорру.

— Дура у тебя хозяйка, да? — грустно спросила она. — Действует раньше, чем думает…

Зорра презрительно фыркнула, спрыгнула со стола на пол и подбежала к дверям, вопросительно обернувшись.

— Иду, иду, — вздохнула Фуоко. — Перекушу, а потом в общагу возвращаемся, почитаем. Кира, кстати, проведаем, а то вдруг опять в отключке валяется. А, или нет… У него же сейчас история Кайтара, а потом естествознание. Уж он-то точно бы не сболтнул лишнего.