– Нет, ты прекрасный специалист. Но это дело для тебя особенное, Сергеева стала начальницей, хочет показать, что достойна назначения, очень-очень-очень старается, и от этого у нее получаются косяки. Расслабься. Никто, кроме меня, ничего не заметил. Выдохни. И работай так, как всегда, перестань лезть из кожи вон. Тогда все прекрасно получится.

– Спасибо, – прошептала я.

– У нас возникла проблема, – мгновенно перевел разговор на иную тему Троянов, – сколько ты знаешь опытных полицейских, которые скажут о самоубийце, что человек прыгнул с крыши?

– Я тоже обратила внимание на фразу Жданова, – призналась я. – Все ребята с «земли», ну, во всяком случае те, с кем я имела когда-либо дело, произнесут «парашютист». Черный, профессиональный юмор, от которого обычного человека коробит. Но иначе на службе, где каждый день сталкиваешься со смертью, не выжить. Это такая защитная реакция. А слово «парашютист» в данном контексте почти превратилось в термин, так даже на совещаниях начальство говорит.

– Не очень-то наш Дэн похож на полицейского, – совсем понизил голос Роберт. – То, чему он удивляется, как реагирует на замечания… Масса мелких деталей просто кричит: парень никогда не участвовал в расследовании.

Я решила быть справедливой.

– В Морше Жданов прекрасно справился с заданием.

– Да, Денис умеет разговаривать с людьми, – признался Троянов и скривился. – Ну, прямо как журналист!

Я схватила Роберта за плечо.

– Если ты думаешь, что парень папарацци, обманом проникший в бригаду, то ошибаешься. Жданова проверили до последней косточки. В систему с улицы не попасть! Отдел персонала изучил родословную Дениса до десятого колена, выяснил то, о чем он и сам не знает.

Троянов похлопал меня по руке.

– Тань, отпусти. У тебя пальцы, как клещи, синяки останутся.

Я смутилась и отдернула кисть.

– Извини.

Роберт включил самый маленький ноутбук.

– Не спорю, Жданова тщательно изучили. Приняли на службу, выдали удостоверение и… Что дальше?

– Оригинальный вопрос, – развеселилась я. – Парень пришел сюда.

Троянов резко выпрямился.

– Один явился, или его сопровождал сотрудник отдела персонала?

– Конечно, один, – удивилась я. – У нас же не школа, куда первоклашек за руку приводят. Ты к чему клонишь?

Роберт прищурился.

– Все гениальное просто: Денис Жданов благополучно перепрыгнул барьеры проверок, отличный профессионал заслужил право стать членом системы, но к нам сюда пришел не он, а тот, кому настоящий оперативник дал свое удостоверение.

– Невозможно, – отчеканила я.

– Почему? – спросил Троянов.

– Я видела личное дело, там есть фото Дениса… – начала я.

– Вот это? – быстро перебил Роберт и щелкнул «мышкой».

На экране возник портрет.

– Правильно, – согласилась я.

– А может, это? – поинтересовался компьютерщик.

Ноутбук мигнул.

– Ты мне демонстрируешь все того же Жданова, – улыбнулась я.

– Фамилия правильная, – не стал спорить Троянов, – но на втором снимке запечатлен не Денис, а Федор Жданов.

Глава 34

– Не может быть! – подскочила я. – Их двое? Парни как из одного яйца.

– Хватит с нас на сегодня близнецов, – хмыкнул Роберт. – Хотя эти ребята тоже состоят в тесном родстве, их отцы – братья. И у младших Ждановых есть различия: Федя светловолосый, а Денис шатен. Но человечество еще в древнеегипетские времена научилось красить волосы. Знаешь, кем работает Федор?

– Журналистом? – сквозь зубы произнесла я.

– Нет, – возразил Роберт, – он артист, снимается в сериалах. Пока не очень известен, перебивается маленькими ролями, занят в эпизодах. А вот его жена…

– У нас еще и супруга имеется? – прошипела я.

– Ага, зовут ее Катюшей, – сладким голосом пропел Троянов. – И вот как раз она… корреспондент газеты «Желтуха». И еще – одна небольшая, но интересная деталь. Федор закончил медицинский институт, проработал пару лет врачом, разочаровался в выбранной профессии и переменил род деятельности. Еще будучи студентом, он активно участвовал в спектаклях самодеятельного театра, вот и решил стать лицедеем. Помнишь, как Денис здорово объяснил нам, что Ванда находится в состоянии стресса? Говорил о вене на шее, сухости слизистых оболочек. Я еще тогда подумал: «Откуда простой полицейский столько знает?» И теперь на тот мой вопрос есть ответ: рядом с нами не оперативник Дэн, а Федор, человек с медицинским образованием и кое-каким профессиональным опытом.

– И что теперь делать? – растерялась я.

– Ехать домой и ложиться спать. Наш Денис, давай пока называть его по-прежнему, никуда не денется, – без тени волнения предложил Троянов. – Сразу видно, парень хочет узнать правду о том, что случилось в семье Кауф. Даже издали заметно, как его раздирает любопытство.

– Чрезвычайная ситуация, – пробормотала я. – Представляю реакцию Ивана Никифоровича, когда он узнает о происшествии. Надо же, в особую бригаду проник посторонний и активно участвовал в работе!

Троянов закрыл ноутбук.