Читаем Фуа-гра из топора полностью

– Зачем тратить деньги? – убеждала я друга. – В Москве приличную жилплощадь сдают за круглые суммы. А у меня три комнаты, просторная кухня, два санузла, лоджии, плюс стиральная машина с функцией ухода за детскими вещами и разная другая бытовая техника. Меня почти не бывает дома, сплю я, как кирпич, никакого неудобства от присутствия малышей не почувствую. Они мирно лежат в кроватке, не бегают, не разговаривают, с кошками и то забот больше, чем с новорожденными. Да и не мне же предстоит печься о них, для этого есть Эмма Гавриловна. Друзей надо выручать. Ты, Димон, неоднократно помогал мне, теперь настал мой черед оказать тебе услугу.

Крокодиловна с малышами живо перебралась по новому адресу, и теперь мы живем вместе, весьма довольные друг другом.

Эмма Гавриловна милая женщина, она постоянно хлопочет по хозяйству, я теперь завтракаю вкусной геркулесовой кашей на молоке и пью какао. А вечером, когда возвращаюсь домой, на столике у плиты стоят заботливо завернутые в одеяло кастрюльки с тушеными овощами и рыбой или картофельным пюре и куриными котлетками. Уплетая простую, но очень вкусную еду, я ощущаю себя третьим близнецом. Правда, немного мучаюсь совестью, ведь у Крокодиловны хватает своих забот, а она еще и меня успевает баловать.

Пару дней назад, собираясь на службу, я открыла шкаф, обнаружила идеально отглаженные блузки и сказала Эмме Гавриловне:

– Извините, я, наверное, случайно бросила свои высушенные кофточки в корзинку с неглажеными вещами мальчиков. Я вовсе не собиралась подсовывать вам собственные мятые наряды.

– Нет, Танюша, – улыбнулась Крокодиловна, – вы очень аккуратно складываете свою чистую одежду на полку в кладовке. Но у работающей женщины нет свободного времени на то, чтобы махать утюгом, а мне глажка доставляет удовольствие.

Я окончательно смутилась.

– Огромное спасибо, но, право, мне как-то неловко.

– Я вас понимаю, – кивнула Эмма Гавриловна. – Но тогда я не буду есть шоколадные конфеты, которые вы покупаете специально для меня. Сами-то, я вижу, сладкое стараетесь не употреблять.

– Вашей фигуре может позавидовать любая девушка, – вздохнула я, – похоже, у вас сорок второй российский размер, а я едва влезаю в пятидесятый. Шоколадки позволяю себе лишь в момент стресса, я успокаиваюсь от сладкого. Вам нравятся марципаны в шоколадной глазури, вот мне и хочется вас порадовать. Я люблю делать людям приятное.

– А я люблю гладить, и мне приятно вас порадовать, – парировала Крокодиловна. – Детки спокойные, особых хлопот не доставляют, у меня много свободного времени остается. Ну, так как, продолжаем радовать друг друга?

Я улыбнулась.

– Пожалуй, сегодня я прихвачу к вечернему чаю еще и трюфели с орешками.

Эмма Гавриловна кивнула. И неожиданно добавила:

– Забыла сказать! Я лучше всех умею заделывать дырочки. Знаете, я заметила на вашем трикотажном платье пару спущенных петель, так я исправлю незадачу, ладно?

Вчера вечером к нам с Крокодиловной, как всегда, нагруженный пакетами, заглянул Димон. Я забрала у него упаковки памперсов, банки с сухой молочной смесью, бутылки детской минералки без газа, усадила приятеля на кухне, налила ему чаю и не удержала вздоха.

– Что случилось? – мигом отреагировал он.

– Завтра придет первый клиент, а я не очень уверена в сотрудниках, – призналась я. – Никогда ведь не руководила расследованием да и слегка побаиваюсь подчиненных. Денис и Роберт помалкивают, зато Лора трещит без умолку и изо всех сил пытается стать главной в коллективе. Похоже, я не нравлюсь ни мужчинам, ни бывшей училке. И зачем только ее прикрепили к моей бригаде? Между прочим, эксперта у меня до сих пор нет, зато секретарша в наличии. Лучше бы наоборот было…

Димон отвел глаза в сторону и слишком весело воскликнул:

– Какая хорошая погода установилась! Апрель, а тепло, как в июне!

– Эй, ты что-то знаешь про Лору? – подскочила я. – Немедленно рассказывай.

– Ну, понимаешь… – замямлил Коробков, – короче… в общих словах…

– Говори! – приказала я.

Он потер шею.

– Селезнева – любимая женщина нашего директора Ивана Никифоровича.

– Так она ж пенсионерка! – ляпнула я.

– И что? – усмехнулся Димон. – Ему тоже не двадцать, он уже трижды дедушка.

– Хочешь сказать, что высокое начальство изменяет жене? – уточнила я. – Лора моложе любовника, но все равно, это странный выбор. Обычно мужики в возрасте предпочитают юных блондинок.

Коробков оглянулся на дверь и понизил голос.

– Супруга Ивана умерла десять лет назад, остались дети – сын и дочь. Парень значительно младше сестры, чем занимается, я понятия не имею. Вся инфа про начальство засекречена. Про то, что он вдовец и живет с Лорой, я узнал… Впрочем, какая тебе разница, откуда приплыли сведения. Просто имей в виду: твоя секретарша совсем не простая тетка. Иван Никифорович не может на ней жениться, потому что дочь очень негативно настроена против Лоры, считает ее виновницей смерти матери. С супругой директора какая-то темная история случилась. Вроде она поехала на дачу, а там орудовал грабитель. Он зарезал не вовремя явившуюся хозяйку и исчез, растаял, как сахар в горячем чае.