Читаем Фронтовое милосердие полностью

В свое время нарком здравоохранения РСФСР Н. А. Семашко был вынужден заниматься банно-прачечным делом в стране и армии. Но это дело в дальнейшем было предано забвению как исключительное в своем роде явление, обусловленное последствиями империалистической войны и усугубленное гражданской войной и иностранной интервенцией. В меру возможностей в соответствующей главе будет показана сложная санитарно-эпидемиологическая обстановка, которая создалась в ходе Великой Отечественной войны. Сейчас же стоит подчеркнуть, что Т. Е. Болдырев, как никто другой из специалистов этой области, с достоинством занимал пост начальника противоэпидемического управления. Пост негромкий, работа на нем не бросается в глаза подобно работе хирурга, спасающего операцией жизнь больного. Для людей, не посвященных в тайны работы эпидемиолога, она остается в тени.

Личный состав управления, представленный преимущественно эпидемиологами и гигиенистами-практиками, любовно и с душой относился к своему делу, считая его важным и нужным. В числе сотрудников управления, положивших не один кирпич в здание противоэпидемической защиты войск, были военврач 1 ранга, впоследствии генерал-майор медицинской службы В. Д. Бершадский, военврач 1 ранга, затем полковник медицинской службы Г. С. Липкий, военврач 2 ранга, впоследствии полковник медицинской службы В. М. Рождественский.

В задачи этого управления входила и гигиена войск. Диапазон объектов изучения и практики гигиенистов широк и разнообразен. Среди разделов военной гигиены ведущее место занимали научные основы питания различных родов войск, предупреждение авитаминозов и уборка полей сражения. Начальником отдела гигиены и главным гигиенистом был назначен бригадный врач Федор Григорьевич Кротков, воспитанник Военно-медицинской академии и ученик одного из основоположников советской гигиены Григория Витальевича Хлопина, возглавлявшего кафедру гигиены Военно-медицинской академии.

В структуре ГВСУ был создан институт главных специалистов и специалистов-инспекторов. По знаниям и опыту руководящей работы в своих областях, авторитету среди ученого мира они характеризовались различно. Одни из них были маститыми учеными с высоким авторитетом, авторитет других был более скромным, третьи, имея узкие специальности, пользовались авторитетом среди своих коллег. Можно утверждать, что среди них не было посредственных специалистов, с мнением которых не считались бы их коллеги, работавшие в армии и гражданском здравоохранении.

Профессия хирурга на войне занимает особое положение в силу ряда обстоятельств, среди которых количество раненых и большие возможности возвращения их обратно в строй являются главными. Поэтому подбору главного хирурга и его заместителей было уделено особое внимание.

Главным хирургом Красной Армии был назначен Николай Нилович Бурденко. Его научные труды клинического и экспериментального характера были широко известны в нашей стране, а некоторые из них завоевали признание и за рубежом. Их оригинальность, новизна и результативность обусловливались физиологическим подходом к клинической работе и комплексным исследованием больного.

С именем Николая Ниловича связано становление в нашей стране нейрохирургии, которая обязана ему и созданной им школе разработкой методов диагностики опухолей головного мозга, их классификации и хирургического лечения. Большое теоретическое и практическое значение имели научные исследования экспериментального и клинического характера, выполненные лично им и представителями его школы, по выяснению роли вегетативной нервной системы в регуляции трофических и метаболических процессов в тканях и органах, а следовательно, и в заболеваниях внутренних органов. Бурденко и его школа также посвятили много лет выяснению причин и механизмов развития шоковых состояний, обращая особое внимание на роль рефлексогенных зон в коре больших полушарий. Говоря об этих исследованиях, хочется подчеркнуть их непосредственное отношение к военной патологии, к тяжелым осложнениям боевых повреждений.

За 22 года Бурденко написал большое число работ, касающихся военно-полевой хирургии и хирургической тактики, особенно хирургической обработки ран и их зашивания в зависимости от вида, области и тяжести ранений, а также от военной и медицинской обстановки. Можно утверждать, что научные интересы Николая Ниловича в известной степени были связаны с его биографией.