Читаем Фронтовая юность полностью

Между тем вопрос о приеме Гусевой в комсомол перешел в большой разговор о готовности комсомольцев к наступлению. Раздавались голоса о том, что санроте нужно несколько дополнительных повозок для быстрой доставки раненых в медсанбат, о подготовке травяных матов, на которых перевязки лучше делать, чем на земле. Говорили об устройстве навесов над перевязочными пунктами. Поступало еще много хороших предложений. Все они были проникнуты заботой о раненых бойцах, об оказании им своевременной медицинской помощи. Можно лишь пожалеть, что комсомольцы заговорили об этом только после того, как стало известно о предстоящем наступлении. Правда, командир роты заявил, что некоторые недочеты будут устранены еще до начала атаки, а остальные предложения он учтет в своей дальнейшей работе.

Катя Гусева была принята в комсомол единогласно.

* * *

К полуночи в штабе собрались комсорги батальонов. Об этой встрече мы условились сразу, как только стало известно о предстоящем наступлении. Вскоре пришла Вера Лидванская и остальные члены комсомольского бюро полка. Разговор зашел о примерности комсомольцев в предстоящих боях, о налаживании информации, о героических подвигах. Потом встал вопрос о месте комсорга батальона во время наступательного боя, как лучше держать связь с комсоргами рот.

— Конечно, наше место там, где будут решаться наиболее трудные задачи, — заявил Анатолий Горецкий.

— А как быть, если они будут решаться не в одном месте? — спросил Каграманов. — Во всех ротах сразу не побываешь.

— Тогда там, где заминка с наступлением, — уточнил Анатолий.

В нашем разговоре участвовал Владимир Григорьевич Елин. Он внимательно выслушал всех и, как бы подводя итог, сказал:

— Ждать указаний на все случаи жизни — значит работать по принципу: «как прикажете» или «жду ваших распоряжений». А это принесет большой вред делу. Главное — инициатива, а где необходимо комсоргу находиться в ходе боя — подскажет обстановка. Метаться, конечно, не надо. Держите связь с командирами подразделений, тогда будет ясно, где надо вам быть.

Елин напомнил о том, чтобы в ходе боев мы не забывали об инструктировании комсоргов рот, агитаторов, редакторов боевых листков. Он указал также на необходимость установить между собой тесную связь, информировать друг друга об опыте работы, используя для этого все доступные средства.

Вместе с Муратом Экажевым мы отправились в первый батальон. Надо было посмотреть, как расставлен актив, поговорить перед боем с комсомольцами. К тому же командир полка поручил поинтересоваться, как подготовлен личный состав к действиям ночью. (Приказ об обучении бойцов и сержантов ориентироваться по азимуту был отдан заблаговременно.)

Настроение у людей было хорошее, боевое. К наступлению готовились, как к празднику. Весь актив находился на Местах и помогал командному составу довести боевую задачу до каждого воина.

Комсорга одной из рот я застал за беседой с бойцами. Он уточнял направление движения отделений, пулеметных расчетов, напоминал значение сигналов.

Зашел в блиндаж командира батальона Морозова, чтобы договориться с ним о взаимной информации, посоветоваться, какая помощь потребуется от комсомольского бюро полка в период прорыва обороны противника. При свете коптилки комбат внимательно рассматривал карту. Здесь же находились командиры рот.

— Обратите внимание, — говорил им Морозов, — вот здесь противник расставил много противопехотных и противотанковых мин. Чтобы избежать потерь, строго держитесь проходов, которые проделают саперы. Вслед за нами пойдут артиллеристы. Но я опасаюсь, как бы они не задержались на этом проклятом месте, не отстали бы от нас.

В это время в блиндаж вошел командир батареи 45-миллиметровых пушек старший лейтенант Владимир Ерохин. На его лице светилась улыбка. Вынув изо рта трубку, он поздоровался, поздравил с предстоящим наступлением.

Увидев на столе карту, пробасил:

— Дайте-ка. Я свою напоследок сверю.

Когда он закончил уточнение маршрутов, комбат спросил:

— Не подведешь нас с сопровождением?

— Будьте спокойны. На батарее каждый расчет соревнуется.

— Как это — соревнуется?

— Комсомол подал идею. Полмесяца работали. Своих саперов подготовили, мостики сделали для преодоления траншей, а главное — людей так всколыхнули, что у всех одно настроение: не только не отстать от пехоты, но и первыми выйти на заданный рубеж.

Было отрадно слышать оценку, данную командиром батареи комсомольской организации. А ведь все это было сделано по почину Гречишникова — комсорга соседней батареи. «Хорошо, — подумал я, — что инициатива одной комсомольской организации быстро подхвачена всеми артиллеристами. Значит, не зря мы обсуждали на заседании бюро почин Гречишникова».

* * *