Читаем Фредди Меркьюри полностью

Мэри не была похожа на тех женщин, которые окружают гомосексуалистов. Многим это казалось странным. Меркьюри по этому поводу говорил: «Я никогда не делал того, что делают все, наши отношения не подпадают под клише». Она не была «бородой»-девушкой, которая сопровождает гея, чтобы его могли принять за гетеросексуала. Или же «фэг хэг» — женским окружением геев, с которыми они любят общаться, но не испытывают никаких глубоких чувств. По словам Меркьюри, отношения с Мэри были ближе, чем с кем-либо из его любовников, хотя сексуальная связь давно прекратилась.

Мэри пыталась создать вокруг Меркьюри атмосферу стабильности, не ущемляя его свободу. Она была всегда рядом, когда он в ней нуждался. Это были не просто отношения двух родственных душ. Близкие друзья говорили, что именно Мэри впервые вдохновила и развила его экстравагантный сценический образ, показывала, как накладывать грим и пользоваться черным лаком для ногтей, который стал отличительной чертой ранних «Куин». Она помогала превращению торговца старой одеждой в звезду рока.

Однажды Меркьюри сказал: «Мы так и состаримся вместе. Я не могу представить жизнь без нее. Иногда настоящий друг более ценен, чем любовник». Эти слова — не просто красивые фразы, к которым Меркьюри прибегал, отвечая на вопросы, касающиеся его личной жизни. В них больше правды, чем в любых других словах.

Еще одной женщиной, оставившей след в жизни Фредди Меркьюри, была немецкая актриса, успевшая до их знакомства уже трижды развестись. Меркьюри и Барбара Валентин встретились в Мюнхене, когда он переехал, так как жизнь в Лондоне казалась ему ограниченной слишком узкими рамками. В Мюнхене с его свободными нравами и гей-культурой Меркьюри мог жить без боязни привлечь к себе лишнее внимание. Их встреча произошла в гей-баре «Нью-Йорк», и с первой минуты знакомства они стали друзьями. Меркьюри нашел, что Валентин, которая пользовалась успехом в гей-среде благодаря совместной работе с режиссером Райнером Вернером Фассбиндером, была чрезвычайно интересной личностью. Ее же привлекло в Меркьюри его обаяние и joie de vivre.

Их знакомство продолжилось в женском туалете бара, куда они переместились, чтобы укрыться от гомона и музыки дискотеки. Валентин примостилась на унитазе, в то время как Меркьюри устроился рядом на корточках, держа в руках рюмку своей любимой русской водки. Они говорили взахлеб, как старые друзья, не видевшиеся целую вечность. Талантливая актриса (она снялась более чем в семидесяти фильмах) так вспоминала их первую встречу: «Это произошло совершенно случайно. Я была в баре с большой компанией. У Фредди также было много друзей. Я нечаянно обожгла кого-то из его компании сигаретой. Этот человек накричал на меня, затем извинился и предложил выпить с ним и с его другом. Этим другом и оказался Фредди. Мы поздоровались и в течение следующих двадцати четырех часов болтали не переставая».

Они вспоминали свое прошлое, говорили о любовных делах и планах на будущее. Когда наконец они наговорились и вышли из туалета, то обнаружили, что в баре никого нет, а входная дверь закрыта. Было четыре утра, и они продолжали говорить, пока через несколько часов их не вызволила уборщица.

Это было началом прекрасной и странной дружбы. Какое-то время они даже жили в одной квартире. Позже Валентин скажет: «У нас были необычные отношения. Он был геем, я любила мужчин. Но мы были влюблены».

В течение трех следующих лет он и Барбара были неразлучны. Когда я брал у него интервью на вечеринке в Мюнхене по поводу выхода «The Works», он показал взглядом на нее и сказал: «Видишь эту даму с большим бюстом? Это Барбара. Одно время она была немецкой Бриджит Бардо. Она просто умора».

Если Мэри Остин была скромной и тихой, то Барбара являлась ее полной противоположностью. Как и Фредди, она хотела взять от жизни все. Они вместе шатались по мюнхенским гей-барам, где к Меркьюри тянулись, как к намагниченному. Иногда Барбара, Меркьюри и его очередное увлечение под конец этих походов оказывались втроем в одной постели. Бывали времена, когда они ревновали мужчин к другу. Однажды Меркьюри даже ударил одного, который, как ему показалось, уделял Барбаре слишком много внимания.

На одной из вечеринок Меркьюри и Валентин переодели двух молодых людей в женские платья, немыслимые шляпки с перьями и вуалью, посадили их перед телевизором, запустив любимый фильм Меркьюри «Женщины». Появление на экране одной из героинь в похожей шляпке вызвало у них бурный восторг.

Валентин, которая и в пятьдесят выглядела очень соблазнительно, говорила, что у Меркьюри был неукротимый" сексуальный аппетит. Он «западал» на мужчин с большими лицами и огромными руками. Барбара их называла «водителями грузовиков».