Читаем Фредди Меркьюри полностью

Но правда оставалась правдой — Меркьюри умирал от СПИДа. Летом того же года начал циркулировать слух, будто Меркьюри умер и об этом сообщат только после погребения, которое состоится тайно. Представители Меркьюри заявили, что это ложь и что он сам выступит и положит конец всем этим бредням. Но его выступление не состоялось, что только подогрело слухи.

Конец еще не наступил, но был очень близок. Мысль о том, что он обречен, заставляла Меркьюри работать с еще большей энергией. Он начал работать над проектами, о которых давно мечтал. Друзья говорили, что Фредди не прекращал работы даже за шесть недель до смерти. Хотя даже если бы он скончался пять лет назад, его музыкальное наследие было бы огромным.

Меркьюри решил, что должен помочь всем страдающим от этой страшной болезни. Многочисленные фонды по борьбе со СПИДом нуждались в средствах, чтобы облегчить страдания больных и продолжить исследования по борьбе с болезнью, которая год от года распространяется все шире.

Он направил все доходы от одной из самых своих известных песен в лондонский благотворительный фонд Терренса Хиггинса, одну из первых организаций по борьбе со СПИДом. Помогал он не только английским благотворительным фондам.

Мейджик Джонсон, легендарная звезда американского баскетбола, объявил по телевидению, что является носителем вируса СПИДа и собирается создать фонд по борьбе с этой болезнью. Меркьюри и его друзья посчитали, что крупный взнос в этот фонд будет достойным применением денег «Куин». 26 ноября, за два дня до смерти, огласили волю Меркьюри. Роджер Тейлор, Брайан Мэй и Джон Дикон дали указание переиздать «Богемскую рапсодию». Они объявили, что все средства от продажи пластинки в Англии будут направлены в фонд Терренса Хиггинса, деньги же, полученные от реализации диска в Америке, пойдут в фонд Мейджика Джонсона. Джон Бич, менеджер «Куин», заявил:

«Мы надеемся, что, соединив силы с Мейджиком, мы установим связь между музыкой и спортом. Это поможет нам — как и мечтал Фредди — понять, что проблема СПИДа касается каждого».

Шесть дней спустя после издания «Богемской рапсодии» этот сингл, который увековечил место «Куин» в анналах рок-музыки, снова взлетел на высшую ступень популярности. Когда я пишу эти строки (1991 г . — Ред.), пластинка обещает стать первой по количеству проданных экземпляров, обогнав хит «Бэнд Эйд» «Do They Know It's Christmas» (3 млн. экз.).

Пластинка вышла в рекордно короткие сроки. Как пояснил Тони Уодсворт, генеральный менеджер компании звукозаписи, принадлежавшей группе: «Первые копии пластинки в обложке мы получили уже в следующую пятницу. Каждый старался как мог».

Уже день спустя все понимали, что у них на руках бестселлер номер один. Грехем Уокер, сотрудник компании «ERA», составляющей списки популярности, говорил: «Продажа идет феноменально. За первые шесть дней продано около шестисот тысяч пластинок».

Даже балансируя на грани жизни и смерти, Меркьюри продолжал оставаться величайшим шоуменом. За месяц до его кончины вышла одна из самых сильных песен группы — «The Show Must Go On», слова которой, вопрошая о смысле жизни, были полны надежды. Две недели спустя после Выхода сингла появился второй альбом «Greatest Hits».

Даже в самый разгар трагических событий казалось, что все шло по сценарию — достойный финал великого актера, знавшего, как начать и завершить шоу. Друзья восхищались упорством, с которым Меркьюри боролся с болезнью. Но мнения по поводу его поведения во время болезни были неоднозначны. Некоторые считали, что он струсил и предал неписаную солидарность геев. По их мнению, скрывая болезнь, он считал ее чем-то вроде позора, как и то, что он был геем. Они также говорили, что он мог собрать гораздо больше денег, сказав о болезни открыто и с самого начала.

Доктор Роджер Ингам, исследователь из университета Саутгемптона, сказал: «Возможно, если Фредди открылся бы раньше, этим он мог дать импульс широким общественным дискуссиям, которые сыграли бы роль в борьбе со СПИДом и его предупреждении».

Вскоре после смерти Меркьюри я брал интервью с Миног, восходящим идолом молодежи. Она сказала: «Его смерть была трагедией. Я не большая поклонница „Куин“, но некоторые мои друзья были близко знакомы с Фредди. Мне кажется, он должен был сказать о болезни раньше. Все видели, что с ним происходит. Очень жаль, что он этого не сделал. Многие могли бы оказать ему поддержку. Он должен был поступить, как Мейджик Джонсон. То, что он призвал нас на борьбу с болезнью, — это прекрасно. Но сделать это надо было раньше».

В конце концов, решение Меркьюри принял сам. И если он решил скрыть факты, то знал — умереть у всех на виду еще сложнее, чем жить.