Читаем Франциск Ассизский и католическая святость полностью

Как мы видим, никто ни из древних, ни из поздних святых и не помышлял о создании подобного образа жизни, видя в нём величайший вред для души. А если кто из монашествующих и служил миру, то, осознавая внутреннее противоречие сего служения монашескому подвигу, делал это не выходя из своей кельи, и только в том случае, когда получал на сей подвиг особое благословение. А что до причины, побудившей Франциска уйти в мир и закреплённой впоследствии в Уставе его Ордена (желание проповедничества), то виновником здесь, по слову преподобного Иоанна Лествичника, опять является дух тщеславия, рабом которого становится проводящий подобную жизнь монах55, ибо «намерение [бесов в том], чтобы чрез ложное смирение в мир возвратить нас»56. И «когда мы, на год или на несколько лет удалившись от своих родных, приобретём малое некоторое благоговение, или умиление, или воздержание, тогда суетные помыслы, приступивши, побуждают нас опять идти в отечество для назидания, говорят, и примера и пользы многих... Советуют они нам возвратиться в мир с тем, чтобы мы благополучно собранное в пристанище бедственно расточили в пучине»57.

Здесь очень кстати было бы упомянуть одно обстоятельство, к которому впоследствии нам надлежит возвратиться, а именно: непременным условием проповеднической деятельности Франциска и его братии является полное подчинение их — не местному епископу или кардиналу, а самому Римскому папе58 — «наместнику Христа на земле», как звали его уже в те времена59.

Искание славы человеческой с детских лет превратилось в конце концов у юного и новообратившегося Франциска в своевольное желание быть новым апостолом и реформировать церковь. К сожалению, этот факт был упущен из рассмотрения как современниками ассизского подвижника, так и его позднейшими последователями, а ведь, по слову преподобного Иоанна Колова, если дано будет человеку увидеть юного, по своей воле восходящего на небо, нужно его удержать за ногу и сбросить на землю (дабы укротить в нём дух гордости и смирить его). А преподобный Иоанн Пророк, приводящий мысль древнего подвижника, развивает её и говорит о том, что намеревающийся совершить что-либо хорошее от себя, не вопрошая опытных наставников, ничего не делает законно и является врагом самому себе60. В чём причина столь разительного противоречия Франциска всей церковной святоотеческой традиции? Ещё задолго до Франциска пояснил эту причину преподобный Варсануфий: «Не позволяет же тебе отсечь волю твою — неверие, а неверие происходит от того, что мы желаем славы человеческой»61.

Увы, эти мудрые советы опытных наставников были проигнорированы (а скорее всего — забыты); Франциск, ведомый своей волей62, пошёл дальше, и дух самости продолжал развиваться в нём со стремительною быстротою.

Рассмотрим, каким же образом дух сей проявлял себя в ассизском подвижнике. Первоначально, как уже было замечено, после крушения его мечты о воинской славе ему стало невыносимо от осознания того, что о признании, чести и славе его никто не говорит63; собирать после этого камни и строить церковь стал юный Франциск опять-таки в поисках славы, ибо понял, что «слава его не в том, чтобы убивать на поле брани, а в том, чтобы творить»64... За утверждением своего Ордена, когда в нём было всего двенадцать человек, идёт к папе (хотя мог это получить и в более низкой инстанции) — и, конечно же, немедленно по утверждении Ордена папою «такая слава пошла о Франциске», что сразу же к нему стало приходить множество людей: «громадными толпами преклоняли колена слушатели пред св. Франциском, умоляя его принять их к себе»65.

Спустя несколько лет, когда Орден уже прочно утвердился, Франциск устраивает на широкой равнине Капитул (общее собрание Ордена), состоящий более чем из пяти тысяч (!) человек. Разумеется, это тут же стало известно во всех близлежащих поселениях, и народ в огромном количестве стал приходить туда, поскольку «такая пошла слава про их святость, что из папского двора... и из других мест... во множестве являлись слушать их графы, и бароны, и рыцари, и другие благородные люди, и множество простонародья, и кардиналы, и епископы, и аббаты с другими духовными лицами, все приходили поглядеть на это святое и смиренное собрание, ибо никогда ещё в мире не сходилось вместе такого множества святых людей», а главное — приходили посмотреть на самого Франциска, который «в пылу душевном предлагает слово Божие и громким голосом проповедует им то, что внушал ему говорить Дух Святой»66.