Читаем Франклин полностью

В 1777 году конгресс выработал первую конституцию страны, которая называлась «Статьи конфедерации». Утвержденная штатами, она вступила в силу в 1781 году. Конституция 1777 года отражала тот революционный подъем, которым сопровождалась Война за независимость. В частности, под влиянием революционных народных масс была установлена одна палата. Конституция не предусматривала введения поста президента, но эти функции в определенной мере выполнял главнокомандующий армией, имевший в то время большую власть.

Провозглашая самую демократичную для своего времени формулу государственного управления и права граждан, конституция в то же время сохраняла рабство негров, не предусматривала введение никаких мер для охраны индейцев, подвергавшихся физическому уничтожению и жесточайшей эксплуатации, вводила большой имущественный ценз, освящала жесточайшую эксплуатацию лиц наемного труда.

Как и во всякой буржуазной революции, во время Войны за независимость четко прослеживалось классовое расслоение. Буржуазия в союзе с плантаторами-рабовладельцами создавала законы, которые отражали их мировоззрение и защищали интересы имущих классов. Это вызывало резкие протесты со стороны трудовой части населения США. Газета «Нью-Йорк пакт» 14 апреля 1785 года писала, что «буквоеды-адвокаты, богатые торговцы и благородные землевладельцы всегда имеют своих защитников… в палате». Автор этой публикации ставил вопрос, почему интересы «достопочтенных мастеровых и извозчиков» не могут представлять люда из их среды, которые защищали бы требования трудящихся масс. В корреспонденции говорилось, что «богатые, влиятельные, могущественные непрерывно сплачивают свои силы, чтобы обездоливать слабых, бедных, беспомощных».

«Статьи конфедерации» провозглашали создание слабо централизованного государства-конфедерации, составные части которой в лице штатов сохраняли обширные права и во многом были самостоятельными государствами. Каждый штат получал право вводить ввозные пошлины и иметь свои вооруженные силы, в том числе военно-морские. Конгресс был лишен права заключать договоры о внешней торговле и устанавливать таможенные тарифы. Казна государства составлялась из добровольных взносов штатов, каждый из которых имел право печатать свои бумажные денежные знаки. Штаты – правда, с согласия конгресса – имели право даже объявлять войну. На практике это означало возможность безудержной вооруженной экспансии любого штата против индейских племен.

Исполнительную власть президента конгресс мог осуществить только через власти штатов. Конгресс по отношению к отдельным штатам был не больше как консультативный орган. Он выносил рекомендации, которые штаты были вольны принять или отклонить.

Столь слабая власть, не пользовавшаяся авторитетом внутри страны, не внушала доверия и за границей, тем более в условиях войны, исход которой трудно было предвидеть. Показательно, что когда конгресс обратился к Франции с просьбой представить заем, то деньги были предоставлены, но не конгрессу, а персонально главнокомандующему американской армии генералу Вашингтону.

Новая конституция, принятая в 1787 году в обстановке реакции, начавшейся после подавления народного восстания Шейса, превратила американскую конфедерацию в федерацию – союз штатов с сильной государственной властью. Была введена вторая палата, учреждался пост президента страны, который получал столь большие полномочия, что им могли позавидовать многие монархи. Новая конституция отражала поворот вправо, который начался в США после победы в войне с Англией.

Все это было позднее, а в период, когда Франклин осуществлял свою дипломатическую миссию во Франции, слабо централизованное американское государство не внушало доверия французскому правительству, сомнения которого еще более усиливались в результате неустойчивого положения на американском театре военных действий.

Министр иностранных дел Франции Вержен, несмотря на всю свою вражду к Англии, предпочел в такой ситуации занять выжидательную позицию и пока ограничиться оказанием США тайной помощи, внешне соблюдая нейтралитет в американо-английском военном конфликте.

Была еще одна важная причина, удерживавшая Францию от открытого союза с США, – неприязнь французского двора к «американским бунтовщикам», посягнувшим на священные права своего монарха. Франклин прекрасно понимал, что ему будет очень нелегко преодолеть эту классовую антипатию абсолютистской Франции к революционной Америке. В сентябре 1777 года в беседе с французским дворянином, близким к Вержену, Франклин, возбужденный выпитым вином, иронизировал над нежеланием Франции пойти на заключение союза с США. «Что можно здесь делать, кроме как пить, – говорил он своему собеседнику. – …Зачем самообольщаться и надеяться, что монархия поможет республиканцам, восставшим против своего монарха? Как могут ваши министры поверить в то, что они не могут понять?»