Читаем Формула жизни полностью

- Стоит ли? Если хочешь, компьютер перенесёт нас в любое место любого времени, исполнит самые фантастические желания. Зачем тебе скучная рутина обыденности? - она крепко стиснула мою руку.

- Ну, пожалуйста, пойми! Я сам уже почти эфемерен. Я - сгусток информации, я - балансирующий в другом "измерении" поток электрических импульсов - и всё! Любая реально существующая рутинная обыденность мне интересна. Она - моя спасительная ниточка к тебе, к обретению человеческого я.

Тейла с минуту задумчиво молчала.

- Хорошо, ты переключишься первым.

Все мгновенно изменилось.  Я снова видел перед собой комнату, но совсем другую. Это была комната того будущего, в котором я оказался, с огромными, во всю стену окнами, с непривычным поначалу для глаза дизайном.

Самое неприятное, что взирать на реальный мир приходилось, условно говоря, через круглый застекленный иллюминатор. Слева, возле стены сидела девушка с колпаком подключения к киберсреде на голове. Я понял, что это ОНА, но всё же, с волнением ожидал увидеть её лицо.

Наконец, она освободилась от колпака и повернулась ко мне. От потрясений последнего времени Тейла исхудала, на лице выступили скулы, кожа побледнела.

Мы молча смотрели друг на друга. Потом я попросил принести зеркало, чтобы посмотреть себя.

- Зачем тебе это? Поверь, ты совсем не изменился, - сказала она, но всё же, видимо, взяла "меня". Ощущение было такое, будто мое невесомое лицо, намертво приклеенное к "иллюминатору", понеслось куда-то, покачиваясь на волнах.

От картины, которую затем довелось наблюдать, мне стало немного не по себе. Из зазеркалья на нас смотрели отражения Тейлы и моей головы внутри экрана коммутатора, который легко лежал на её руке.

И я понял, всеми внутренностями ощутил, почему ей так не хотелось очутиться рядом со мной в реальном мире. Пока мы были в компьютерной среде - мы были на равных. Теперь же, я со всей силой чувствовал свою ничтожность. Я, в отличие от любого мужчины, не мог поцеловать её, даже просто прикоснуться. Здесь существовали только мои мысли, только душа...

- Когда мне подберут новое... м-м... другое тело, - волнуясь, проговорил я, - сможешь ли ты относиться ко мне по-прежнему? Ведь это буду уже не совсем я...

- Любят человека, его душу, внутренний мир, а не тело, - ответила она. - Я очень быстро привыкну к твоему новому обличью, вот и всё. Впрочем, по желанию можно сделать пластическую операцию, и ты будешь практически неотличим от прежнего Майкла.

- Не знаю... Может быть позже... Надо попробовать разобраться с Магистром ещё раз...

Мы разговаривали, вспоминали о смутных днях, строили радужные планы на перспективу. Что ещё нам оставалось делать в существующем мире? Пока мы обитали в разных, несовместимых формах. О чём можно говорить, если даже выпить или покурить здесь для меня  - неосуществимая мечта!

Я просил её ни в чем себе не отказывать и опрокинуть рюмку- другую за моё здоровье, но она упорно отказывалась.

- Хорошо, Тейла. Давай просто так ещё посидим немного. Она внимательно всмотрелась в моё изображение и спросила:

- Нам ведь всё нипочем, правда?

- Конечно, милая.

На лице девушки лежал красноватый отсвет заходящего солнца. Взгляд её широко открытых влажных глаз был серьёзным, спокойным и очень нежным. Она сидела рядом, такая загадочная, близкая и далекая...

Будущему больше ничего не угрожает. Мы, вдвоем с Тейлой, сегодня победили даже тёмное царство смерти, и сейчас внутри меня властно утверждается жизнь. И вместе с ней - неясное волнение, тяга куда-то в далёкое и неведомое, какое-то сладостное томление. Так хочется невозможного, так хочется, чтобы в этот праздничный день моего второго рождения проснулись и те, кто уснул навсегда...

Сначала я просто смотрю вокруг, широко открыв глаза, жадно впитывая в себя отражённый реальностью свет. Постепенно всё сильнее пробуждаются жизненные силы, желания. Я поворачиваюсь, улыбаюсь навстречу солнцу, навстречу любимому лицу, и руками, опять сильными и горячими, как будто обнимаю свою единственную и ненаглядную...

А потом... постепенно за окнами стало темнеть. Верхние грани гигантских домов становились прямоугольными чёрными силуэтами рукотворных гор. И небо за ними, холодное и бледное, подступало всё ближе.

Тейла незаметно уснула, а я всё смотрел в небо, ни о чём особом не жалея. Замерцали едва различимые звёздочки, ночь возвращалась, колесо жизни продолжало своей бег...

Конечно, когда-нибудь и мы умрем, останутся лишь черепа да кости, затем и они превратятся в прах. Возможно, это сделает Магистр, а скорее - Время; на смену нам придут потомки...

Но теперь я хочу только, чтобы мы были  счастливыми, пока у меня есть ещё хоть один день, хоть один год.

ИИ предлагал мне сделать шаг в вечность, но, лишившись части человеческих эмоций, я перестал бы быть собой. Глупо, конечно, только я выбираю обыкновенную жизнь, обыкновенную смерть.

И если бы мне ещё раз пришлось принимать решение - я бы снова и снова выбрал, чтобы так, как сейчас...

Конечно, когда-нибудь мы умрем... И в этом - свой, великий смысл!..

                                              ПОСЛЕСЛОВИЕ