Читаем Фонд полностью

— До настоящего времени торговля между нашими двумя народами несет значительный урон из-за ограничений, наложенных вашим правительством. Разумеется, вы уже поняли, что неограниченная торговля…

— Свободная торговля, — пробормотал Коммдор.

— Да, свободная торговля. Вы должны понять, что это будет взаимовыгодно. У вас есть много товаров, в которых мы нуждаемся, и у нас есть товары, необходимые вам. Требуется лишь обмениваться ими — и благосостояние сразу возрастет. Я не стану подробно все объяснять; такой просвещенный правитель, как вы, друг народа, я должен был бы сказать — представитель народа, и так все понимает. Я боюсь оскорбить ваш светлый ум своими объяснениями.

— Верно. Я это уже понял. Но что вы можете предложить? — В голосе Коммдора послышались жалобные нотки. — Ваши люди всегда вели себя необдуманно. Я выступаю за самые широкие торговые связи, на какие только способна наша экономика, но не на ваших условиях. Я ведь не один здесь всем распоряжаюсь. — Он заговорил громче. — Я всего лишь слуга народа. А народ не согласится на торговлю, в обязательном порядке сопровождаемую религией.

— Религия?! — удивился Мэллоу.

— По сути дела, так было всегда. Вы не можете не знать, что произошло на Асконе двадцать лет назад. Сначала им продали некоторые из ваших товаров, а затем ваши люди потребовали полную свободу действий для миссионеров, чтобы под их присмотром с этими товарами правильно обращались; были построены Храмы здоровья. Затем были созданы богословские школы. Служители культа перестали подчиняться местным властям, и каков результат? Аскон является неотъемлемой частью системы Фонда, а Великому Магистру не принадлежит даже собственное исподнее. Разве это не так? И поэтому чувство собственного достоинства не позволяет нашему свободному народу пойти на такое унижение.

— Вы говорите совсем не о том, что я предлагаю, — возразил Мэллоу.

— Разве?

— Ну да. Я же Старший Торговец. Моя религия — деньги. Весь этот мистицизм и фокусы миссионеров вызывают у меня раздражение, и я рад, что вы отказываетесь их поощрять. Таким вы мне еще больше нравитесь.

Коммдор пронзительно захохотал:

— Славно сказано! Жаль, что человек такого склада ума прибыл из Фонда только сейчас.

Он по-дружески положил руку на мощное плечо торговца:

— Но, дорогой мой, вы рассказали только половину этой истории. Мы узнали, из чего ваша ловушка не состоит. А теперь опишите мне саму ловушку.

— Она заключается лишь в том, Коммдор, что на вас свалится тяжкое бремя богатства.

— Ну уж, — прогнусавил тот. — И что я буду делать с этим богатством? Подлинное богатство — это любовь собственного народа. И этим богатством я обладаю.

— Вы можете обладать и тем, и другим одновременно.

— Это было бы довольно забавно, мой юный друг, если бы было осуществимо. Но как этого достичь?

— Для этого есть множество способов. Разумеется, остановиться на каком-либо одном из них нелегко. Взгляните, например, на предметы роскоши. То, что я держу в руках…

Мэллоу осторожно вынул из внутреннего кармана плоскую цепочку из полированного металла.

— Соблаговолите посмотреть.

— А что это?

— Это я хотел бы вам продемонстрировать. Не могли бы вы пригласить какую-нибудь даму? Нас устроит любая молодая женщина. Ах, да. И такое зеркало, пожалуйста, чтобы она могла видеть себя в полный рост.

— Ну что ж, тогда идемте в дом.

Коммдор назвал свою резиденцию домом. Простой народ наверняка именует этот дом дворцом. Склонному к прямоте Мэллоу он показался необычайно похожим на крепость. Резиденция была построена на высоком холме, господствовавшем над городом. Толстые стены укреплены. Подходы к ней охранялись, а само здание явно предназначалось для обороны.

«Вот так резиденция у Возлюбленного Аспера», — со злостью подумал Мэллоу.

Перед ними появилась юная девушка. Она низко поклонилась Коммдору.

— Одна из служанок Коммдоры, — пояснил тот.

— Вот и отлично!

Коммдор внимательно смотрел, как Мэллоу обвил цепочкой талию девушки и, застегнув ее, отступил назад.

— И это все? — ухмыльнулся Коммдор.

— Окажите мне любезность, Коммдор, задерните шторы. Юная леди, возле замочка находится маленькая кнопочка. Нажмите ее. Сильнее, не бойтесь.

Девушка последовала его совету, сделала глубокий вдох и, посмотрев на свои руки, испуганно вскрикнула.

Ее вдруг окутало неяркое, струящееся, переливчатое сияние, исходившее от ее талии и превращавшееся над головой в сверкающую корону, словно кто-то похитил с неба кусочек северного сияния и сшил ей из него наряд.

Девушка подошла к зеркалу и в восхищении застыла перед ним.

— Возьмите вот это. — Мэллоу подал ей ожерелье из тусклых, невзрачных камешков. — Наденьте на шею.

Девушка надела ожерелье, и каждый камешек, соприкоснувшись с окутывавшим ее сиянием, засверкал золотыми и малиновыми искорками.

— Вам нравится? — спросил Мэллоу.

Девушка не ответила, но ее глаза светились восторгом. Коммдор подал ей знак, и она неохотно нажала кнопку — все исчезло. Она ушла, запомнив увиденное навсегда.

— Это вам, Коммдор, — сказал Мэллоу, — для вашей супруги. Считайте это скромным даром Фонда.