Читаем Фонд полностью

— Благодарны? — взревел Уайнис. — Благодарны за то, что они скупятся поделиться с нами даже объедками со своего стола, когда они купаются в изобилии? Да ведь они специально оставляют себе все самое лучшее — о чем мы и представления не имеем! И делают это, скорей всего, для того, чтобы в один прекрасный день подчинить себе всю Галактику!

Он положил руку на колено племяннику. Глаза его сузились.

— Лепольд, вы Король Анакреона. Если в вашем распоряжении будет та техника, которую Фонд скрывает от нас, то ваши дети и дети ваших детей могут стать королями всей Вселенной!

— В этом что-то есть! — В глазах у Лепольда засверкали искорки, он расправил плечи. — В конце концов, кто дал им право скрывать от нас источник могущества? Это, знаете ли, нечестно. Анакреон тоже что-то значит.

— Вот видите, вы начинаете понимать. А что, если Смирно решит напасть на Фонд и завладеть всем сама? Мы тогда превратимся в колонию, и очень скоро. И долго ли тогда вы удержитесь на троне?

Лепольд заволновался:

— Клянусь Космосом, вы совершенно правы! Мы должны напасть первыми. Это всего лишь самооборона.

Уайнис улыбнулся еще шире:

— В давние времена, в самом начале правления вашего деда, Анакреон построил на Терминусе военную базу, крайне необходимую нам для обороны. Но мы были вынуждены оставить эту базу — из-за махинаций руководителя Фонда, ученого, простолюдина, в жилах которого нет ни капли благородной крови. Вы понимаете, Лепольд? Вашего дедушку унизил простолюдин. Он был чуточку старше меня, когда прибыл на Анакреон. Я помню его сатанинскую улыбку, скрывавшую дьявольские замыслы. Его поддержали Три Королевства, их трусливые монархи заключили союз против Великого Анакреона.

Лепольд побагровел, и искорки в его глазах засверкали еще ярче:

— На месте моего дедушки я бы перерезал их без особых церемоний.

— Нет, Лепольд. Мы решили выждать и смыть с себя этот позор в более подходящее время. Ваш отец мечтал об этом, и если бы не его преждевременная смерть, то именно он мог бы… Ну да ладно. — Уайнис отвернулся, а затем, словно не в силах справиться с охватившим его волнением, выдавил из себя: — Он был моим братом. О, если бы его сын…

— Дядя, я буду достоин своего отца. Я так решил. Анакреон обязан уничтожить рассадник негодяев, и немедленно.

— Нет, нет, не нужно спешить. Мы должны подождать, пока они закончат ремонт крейсера. Их согласие привести корабль в порядок — лучшее доказательство, что они нас боятся. Эти ослы пытаются нас задобрить, но мы с нашего пути не свернем! Вы согласны со мной?

— Пока я Король Анакреона, нас ничто не остановит! — Он ударил кулаком по полусогнутой ладони.

Уайнис язвительно усмехнулся:

— И, кроме того, мы должны дождаться прибытия Сэлвора Хардина.

— Сэлвора Хардина! — от испуга глаза Короля округлились, а его юношеское, безбородое лицо вдруг потеряло всю суровость.

— Да, Лепольд, сам глава Фонда прибывает на Анакреон по случаю дня вашего рождения, вероятно для того, чтобы умиротворить нас своими льстивыми речами. Но у него ничего не выйдет!

— Сэлвор Хардин! — тихонько прошептал Король.

Уайнис нахмурился.

— Вас пугает это имя? Это все тот же Сэлвор Хардин, который во время своего прошлого визита буквально втоптал нас в грязь. Вы не должны забывать, что он нанес смертельное оскорбление королевской семье! И кто? Безродный простолюдин! Выскочка!

— Нет, нет. Я не забуду. Не забуду. Мы отомстим ему, но, но… я немного боюсь.

Регент встал.

— Боитесь? Чего вы боитесь? Вы молодой… — Он прикусил себе язык.

— Ведь напасть на Фонд — это что-то вроде святотатства. Я имею в виду… — Король замолчал.

— Ну, говорите же!

Лепольд смущенно заговорил:

— Я имею в виду, что если действительно существует Галактический Дух, то ему это может не понравиться. Вы не подумали об этом?

— Нет, — последовал уверенный ответ. Уайнис снова уселся.

По его лицу блуждала загадочная улыбка:

— Вы что, действительно забиваете себе голову мыслями о Галактическом Духе? Ну и ну! Вот что получается, если дать вам свободу. Вы просто наслушались Веризофа.

— Он мне многое объяснил…

— О Галактическом Духе?

— Да.

— Да вы еще просто младенец! Сам-то он верит в этот треп еще меньше, чем я, а я вообще в него не верю! Сколько раз вам нужно говорить, что все это чепуха?

— Я понимаю, но Веризоф говорил…

— Не обращайте внимания на Веризофа. Это все чушь!

Они замолчали, недовольные друг другом. Лепольд первым нарушил молчание:

— Все в это верят. Я имею в виду — в пророка Селдона, создавшего Фонд для воплощения в жизнь своих заповедей, чтобы когда-нибудь Галактика снова стала Раем. А тот, кто нарушит заповеди — навсегда погубит свою душу. Все в это верят. Я руководил торжественными обрядами и уверен, что люди действительно в это верят.