— Ну как же, твоя жена была этой ошибкой. Твоя жена совершенно необычный человек. Я никогда прежде не встречал никого похожего на нее. Я… Я… — Внезапно, голос Магнифико дрогнул. Он с трудом снова пришел в себя. Его голос был мрачен, когда он наконец продолжил: — Она любила меня без моего воздействия на ее чувства. Я не был ей отвратителен, и не был смешон ей. Ей было жаль меня. Она любила меня!

Неужели ты не понимаешь? Разве ты не видишь, что это значило для меня? Никто, никогда… Ну, я… мне очень дорого это. Мои эмоции изменили мне, хотя я властвовал над эмоциями других. Видишь, я не воздействовал на ее мозг, я не экспериментировал с ним. Мне было очень дорого естественное чувство. Это была моя первая ошибка.

Ты, Торан, был под контролем. Ты никогда не подозревал меня, никогда не задавал мне вопросов, никогда не замечал за мной ничего особенного или странного. Например, когда нас остановил филианский корабль. Они знали наше местоположение, потому что они были связаны со мной, так же как я постоянно был связан со своими генералами. Когда они остановили нас, я был взят на борт, чтобы воздействовать на Хана Притчера, который был пленником на этом корабле. Когда я покинул их, он стал полковником, человеком Мула, полностью находящимся в подчинении. Вся процедура была слишком очевидной даже для тебя, Торан. И все же ты удовлетворился моим объяснением, которое было полной выдумкой. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Торана перекосило, и он вызывающе спросил шута:

— Как же ты поддерживал связь со своими генералами?

— В этом нет ничего сложного. Ультраволновые передатчики легки в эксплуатации и портативны. И к тому же меня нельзя было выследить в обычном смысле. Любой, кто выследил бы меня, покинул бы меня с маленьким провалом в памяти. Иногда это случалось.

На Неотранторе мои дурацкие чувства снова изменили мне. Бэйта не находилась под моим контролем, но даже в этом случае она никогда бы не заподозрила меня, если бы я не потерял голову из-за Наследного Принца. Его намерения по отношению к Бэйте — раздразнили меня. Я убил его. Это был глупый жест. Невидимая схватка дала бы такой же результат.

И все же ваши подозрения не переросли бы в уверенность, если бы я остановил Притчера с его болтовней или обращал больше внимания не на Миса, а на вас… — Он пожал плечами.

— Что же дальше? — спросила Бэйта.

— Ничего.

— Что же теперь?

— Я буду продолжать свою программу. То, что я найду такого же умного ученого, как Эблинг Мис, в это дегенеративное время, я сомневаюсь. Мне придется искать Второй Фонд другим путем. В каком-то смысле, вы победили меня.

Бейта победно вскочила.

— В каком-то смысле? Только в смысле? Мы победили тебя полностью! Все твои победы за пределами Фонда ничего не значат, потому что Галактика — это варварский вакуум. Сам Фонд — это лишь ничтожная победа, потому что в задачу Фонда не входило остановить кризис в твоем лице. Ты должен победить Второй Фонд, но это Второй Фонд победит тебя! Твой единственный шанс был — найти его местонахождение и нанести удар, пока они еще не готовы. Теперь ты этого не сделаешь. Теперь с каждой минутой они все больше готовы к встрече с тобой. Сейчас, именно сейчас все завертелось. Ты узнаешь, когда он нанесет тебе удар и время твоей короткой власти окончится, и ты станешь всего лишь еще одним чванливым завоевателем, который мелькнет и растает на кровавой поверхности истории!..

Она тяжело дышала, почти задыхалась от горячности:

— И мы победили тебя, Торан и я. И я могу умереть.

Но глаза Мула снова стали грустными карими глазами Магнифико:

— Я не убью ни тебя, ни твоего мужа. В конце концов вам незачем дальше оскорблять меня — ведь убив вас, не вернешь Эблинга Миса. Мои ошибки — это мои ошибки, и я буду отвечать за них. Твой муж и ты можете идти! Идите с миром во имя того, что я называю… дружбой.

И вдруг с неожиданной ноткой гордости он добавил:

— А я пока еще Мул — самый могущественный человек во всей Галактике. И все же я выиграю у Второго Фонда.

Бэйта с твердой и спокойной уверенностью метнула в него свою последнюю стрелу:

— Не выиграешь! У меня есть вера в мудрость Селдона. Ты будешь первым правителем своей династии — и последним.

Что-то промелькнуло в глазах Магнифико.

— Моей династии? Да, я часто об этом думал. О том, чтобы основать свою династию. Что у меня может быть подходящая супруга.

Бэйта внезапно поняла его по глазам, что он имел в виду, и похолодела.

Магнифико покачал головой.

— Я понимаю твое отвращение, но это глупо. Это был бы искусственный экстаз, но между ним и подлинным чувством не было бы никакой разницы. Но все нельзя изменить. Я называю себя Мулом, естественно, не из-за моей силы…

И он покинул их, не оглядываясь, — навсегда.

Второй Фонд