Читаем Фонд полностью

— Конечно все, я уверена, — заверила Бэйта и легонько толкнула его. — И еще я уверена, все они думают, что ты самый замечательный исполнитель во всей Галактике, и что твой концерт — самый великолепный из когда-либо виденных. Так что выпрями спину и сядь как положено. Мы должны выглядеть достойно.

Он слабо улыбнулся ее притворному гневу и медленно распрямил свои длинные конечности.

Настал полдень…

…и стеклянная комната уже не пустовала.

Вряд ли кто-либо заметил момент появления. Все произошло в мгновение ока. Секунду назад ничего еще не было, а в следующую секунду — уже было.

В комнатке была фигура на инвалидном кресле, старая и сгорбленная, и на ее морщинистом лице светились лишь глаза. И голос был самым живым, что было у нее. На ее коленях лежала книга обложкой вниз Послышался мягкий, голос:

— Я — Хэри Селдон.

Он говорил в такую же звенящую тишину, какая иногда предшествует раскатам грома.

— Я — Хэри Селдон. Я не знаю, есть ли здесь кто-нибудь, мое чувственное восприятие мне ничего не говорит. Но это не важно. У меня есть некоторые опасения по поводу провала Плана. В течение первых трех столетий процентная вероятность отсутствия отклонения была 94,2 %.

Он помолчал, улыбнулся, затем добродушно сказал:

— Кстати, если кто-нибудь из вас стоит, вы можете сесть. Если кто-нибудь хочет курить, пожалуйста. Я не присутствую здесь в телесной оболочке. Мне не нужны церемонии.

Давайте вернемся к теперешней проблеме. Впервые Фонд столкнулся или, возможно, находится на грани гражданской войны. До сих пор все внешние атаки успешно отражались, это было неизбежно, и так следовало из строгих законов психоистории. Теперешнее нападение производится непокорной внешней группой из Фонда против чересчур авторитарного центрального правительства. Процедура была необходимой, результат очевиден.

Достоинство высокорожденной аудитории постепенно начало изменять ей. Индбур наполовину привстал со своего стула.

Бэйта наклонилась вперед. В ее глазах промелькнуло беспокойство. О чем это говорил великий Селдон? Она пропустила несколько слов…

— … необходимость компромисса очевидна по двум причинам. Восстание Независимых Торговцев вносит элемент новой неуверенности в правительство, которое стало чересчур самонадеянным. Элемент борьбы сохраняется. Хотя и побежденной…

Послышались громкие голоса. Ропот становился все громче, и в нем появились отголоски паники.

Бэйта сказала Торану на ухо.

— Почему он не говорит о Муле? Торговцы ведь никогда не восставали?

Торан пожал плечами.

Сидящая фигура весело говорила, невзирая на нарастающую тревогу:

— …новая, более крепкая правительственная коалиция была необходимым и выгодным логическим результатом гражданской войны, навязанной Фонду. И теперь только остатки старой Империи стоят на пути дальнейшего развития, но они, по крайней мере, в течение нескольких будущих лет не представляют проблемы. Конечно, я не могу открыть природу следующей проб…

В полном шуме губы Селдона двигались беззвучно.

Эблинг Мис с пунцовым лицом стоил рядом с Ранду, Он кричал:

— Селдон спятил! Он перепутал кризис, Разве вы, торговцы, планировали гражданскую войну?

Ранду тоненько ответил:

— Да, Мы планировали. Против Мула.

— В таком случае, Мул — дополнительная фигура. Неучтенная психоисторией Селдона. Что же это такое?

Во внезапно наступившей леденящей тишине Бэйта обнаружила, что комната снова опустела. Атомное сверкание стен погасло, мягкий поток кондиционированного воздуха исчез.

Где-то послышался надрывный вой сирены, который то приближался, то удалялся, и Ранду закричал одними губами:

— Космическая тревога!

Эблинг Мис приложил часы к уху и завопил:

— Остановись, Галактика! Есть у кого-нибудь здесь часы, которые идут?! — Он просто рычал.

Двадцать запястий были поднесены к двадцати ушам. И меньше, чем через двадцать секунд, стало ясно, что ни одни часы не шли!

— Значит, — сказал Мис, с мрачной и ужасной категоричностью, — что-то отключило всю атомную энергию в Камере Времени! И Мул атакует!

Вопль Индбура перекрыл шум:

— Занять свои места! Мул на расстоянии пятидесяти парсеков.

Был, кричал ему Мис, неделю назад. А сейчас Терминус бомбардируют!

Бэйту охватила глубокая депрессия. Она почувствовала ее толстые и плотные объятия, и дыхание стало с трудом вырываться из сжатого горла.

Снаружи отчетливо доносился шум собирающейся толпы, Двери распахнулись, и в них торопливо вбежала фигура, которая быстро заговорила с Индбуром, подскочившим к ней.

— Ваше Превосходительство, — прошептал человек. Ни одно транспортное средство не движется, ни одна внешняя линия связи не работает. Доложили, что Десятый Флот потерпел поражение, а корабли Мула находятся у границы атмосферы. Большая часть людей…

Индбур повалился на пол, замерев неподвижно и бессильно. Теперь во всем зале не было слышно ни звука. Даже растущая толпа боязливо молчала. Ледяная паника носилась над головами.

Индбур поднялся. К ею губам поднесли вино. Его губы зашевелились прежде, чем открылись глаза, и слово, которое они произнесли, было — «Сдаваться».