Она оставила машину на маленькой площадке у высоких железных ворот старой виллы, разделенной на несколько квартир, и позвонила при входе. Едва Специ открыл зеленую дверь своей квартиры, ее тревоги рассеялись. Дом был гостеприимным, теплым и оригинальным: ломберный стол семнадцатого века — «скаголия» — использовался как кофейный столик, на стенах висели старинные дагерротипы и гравюры, в углу был камин. Стол на террасе уже был накрыт к обеду. Из-под белого полотняного навеса открывался вид на мерцающие в холмах огоньки. Торрини посмеялась над своими нелепыми страхами и выбросила их из головы.

Они провели большую часть вечера, обсуждая возможности создания фильма.

— Мне кажется, это будет трудно, — говорил Специ. — В сюжете недостает центрального персонажа — убийцы. Я не совсем уверен, что полиция задержала того, кого следовало, хотя Франческо Винчи в тюрьме уже ожидает суда. Может получиться детективная история без концовки.

— Ничего страшного, — возразила Торрини. — Главный герой не убийца — это сам город, Флоренция, город, скрывающий в себе Монстра.

Специ объяснил, почему он не верит, что Монстр — это Франческо Винчи.

— Все, что они могут ему предъявить, — это что он был любовником первой из убитых женщин, что он колотил своих подружек и вообще мерзавец. На мой взгляд, это свидетельствует в его пользу.

— Как так? — переспросила Торрини.

— Он любитель женщин. Он пользуется большим успехом у женщин, и одного этого довольно, чтобы убедить меня, что он не Монстр. Монстр уничтожает женщин. Он их ненавидит, потому что желает и не может получить. Это его фрустрация, его проклятие, и вот он обладает ими единственным способом, который для него возможен, — похищает самую суть их женственности.

— Если вы так считаете, — заметила Торрини, — то Монстр — импотент? Так вы рассуждаете?

— Более или менее.

— А что вы думаете о ритуальном аспекте убийств, о тщательном размещении тел? Виноградная лоза, воткнутая в вагину, например, приводит на ум слова из Евангелия от Иоанна, что лоза отсечена.

Убийца карает пары за внебрачную связь?

Специ выпустил к потолку струйку дыма и рассмеялся:

— Полная чушь. Знаете, почему он воспользовался старой виноградной лозой? Если вы видели фотографии места преступления, то знаете, что машина стояла прямо у виноградника! Он просто подобрал первую попавшуюся палку. По мне, то, что он насилует женщину палкой, явно доказывает, что он вовсе не супермен. Он не насиловал своих жертв; возможно, не мог.

Под конец вечера Специ открыл свою книгу и вслух прочитал с последней страницы:

Марио Специ отложил книгу, и на террасе, с которой открывались флорентийские холмы, воцарилась тишина.

И тогда зазвонил телефон.

Звонил лейтенант местных карабинеров, один из контактов Специ.

— Марио, только что найдены двое убитых в микроавтобусе «фольксваген». В Джоголи, над Галуццо. Монстр? Не знаю. Оба убитых — мужчины. Но на твоем месте я бы подъехал посмотреть.

Глава 12

Чтобы добраться до Джоголи, Специ с Торрини выехали на дорогу, взбиравшуюся по крутизне холма за большим монастырем Чертоза. Дорога эта называется виа Волтеррана и считается одной из самых древних в Европе. На вершине холма виа Волтеррана совершает плавный поворот и дальше следует вдоль гребня. Справа от нее проходит другая дорога, виа ди Джоголи — узкий проезд между замшелыми каменными стенами. Стена справа замыкает участок виллы Сфаччата, принадлежащей знатному роду Мартелли. «Сфаччата» по-итальянски означает «нахальный» или «наглый», а происхождение этого имени кроется в истории пятисотлетней давности, во временах, когда живший здесь человек дал свое имя Америке.