— С вашего позволения, не сейчас. Кавалер д'Энтрэ, надеюсь, обрисовал вам наше положение. Помимо нашей малочисленности, мешающей дальнему походу, я намерен отомстить англичанам за нападение на нейтральный корабль и гибель людей, — прямо ответил я. Что-то мне подсказывало: в данном случае честность — лучшая политика.

— Поверьте, ваша милость, я видел командора Кабанова в деле и могу сказать: не завидую его врагам, — вставил слово молчавший до сих пор Мишель.

Выпитые залпом граммов триста рома подействовали на мушкетера не лучшим образом. Добавленное же за завтраком вино лишь усугубило ситуацию, и мой приятель был порядком пьян. Но, будучи офицером, крепился, старался придать себе трезвый вид.

— И команда у вас теперь есть, — задумчиво добавил Дю Кас.

Разведка у него работает как надо. Да и город небольшой, в понятиях моего времени — скорее поселок, и узнать происходящее в нем не составляет труда.

Оставалось ждать продолжения, хотя его содержание мне было уже ясно.

— С ним теперь Гранье, — вновь вставил Мишель.

— Французский подданный, — заметил губернатор.

Словно я этого не знал!

— Послушайте, месье Кабанов... — Дю Кас посмотрел на меня испытующе. — Я понимаю ваши чувства. Но быть совсем одному без поддержки и покровительства... Может быть, вы сочтете для себя возможным временно поступить на службу королю? Уверяю вас: испанцы ничем не лучше англичан, разве что богаче их.

К этому все и шло. Во время войны не принято уточнять национальности. Да и вообще, по-моему, пока служба монарху ставится выше службы родине.

— В каком качестве? — уточнил я.

Дю Кас встал и прошелся в угол комнаты, где стоял небольшой столик с лежащей на ней бумагой.

— Это жалованная грамота на ваше имя.

При нынешней политике французского короля такими грамотами не разбрасываются, но Мишель, очевидно, убедил губернатора в моей особой ценности.

А подготовился-то заранее! Видно, был уверен в моем согласии. Да и как иначе, когда деваться мне некуда?

— Позвольте... — Я взял бумагу из рук губернатора.

Написано было красиво, с финтифлюшками и завитушками, но, как и следовало ожидать, по-французски. Чего я ждал? Международный язык, месье! Я только и разобрал, что свою фамилию да несколько слов, давно ставших общеупотребительными.

Вряд ли в официальном патенте заключался подвох. Да и наличие подобной бумаги из мистера Икс превращало меня в реально существующее лицо. Но одновременно это был тот рубикон, после которого уже не было возврата. Глупо, какой может быть возврат после случившегося? Куда? В свое время?

— Надеюсь, вы дадите мне время подумать? Скажем, до вечера, — вырвалось само собой. — И еще. Как вы знаете, со мною дамы. Я должен быть уверен, что им ничего не грозит на берегу.

— Я сам прослежу за этим, — учтиво кивнул губернатор. — Что до вас, я уже распорядился помочь с поисками домика. Не жить же вам все время на корабле. Да и, как я слышал, — на губах Дю Каса мелькнула улыбка, — вы не один.

В улыбке не было ни сарказма, ни зависти. Лишь мужское понимание. К тому же я настолько отвык от заботы со стороны, что подобная предупредительность была приятна.

— Теперь прошу прощения, месье, меня ждут дела. Надо получше познакомиться с новой командой, наметить планы... — Я вновь помел пол шляпой.

— Вечером жду вас у себя. Было очень приятно познакомиться. Как только мои люди подыщут вам жилье, вы будете осведомлены, — учтиво попрощался губернатор.

Так завершилось мое превращение в флибустьера.

Судьба!

6

Ярцев. Подготовка, блин!

Шпага Командора легко отбила вражеский клинок, неуловимо стремительным движением рванулась вперед и застыла острием напротив сердца.

— Имею честь сообщить вам, сэр, что вы — труп, — чуть дурашливо поведал Командор и уже нормальным тоном добавил: — Надо быть внимательней, Валера.

Ярцев лишь вздохнул в ответ.

Справиться с Кабановым не мог даже опытный д'Энтрэ. Куда же тягаться новичку, которым оставался штурман?

— Давай сначала. — Командор чуть отступил и отсалютовал противнику шпагой.

Валера покорно повторил его жест и принял фехтовальную стойку.

По сторонам раздавался звон скрещивающихся клинков. Здесь, на отдаленной от города поляне, Командор устроил центр по подготовке своей разношерстной команды. И неважно, что многие успели пройти огни и воды. Скидок не было никому. В этом Командор был неумолим.

— Нападайте, сударь. — Кабанов сделал приглашающий жест.

Валера осторожно взмахнул клинком. Командор, не поднимая оружия, сделал шаг назад.

— Не годится. Так ты и муху не одолеешь. Чтобы сеять смерть, надо вложить в каждое движение больше жизни. Тебе-то, может, и все равно, а как я буду без штурмана плавать?

Шкипер улыбнулся, а затем атаковал с неожиданной резвостью.

— Так уже лучше, — прокомментировал Командор.

Однако отбивался он легко, а затем резким взмахом выбил шпагу из рук шкипера.

— Сколько раз говорить: оружие не ложка. Его покрепче держать надо. Вообще, Валера, запомни раз и навсегда: значимость мужчины напрямую зависит от его умения обращаться с оружием. Будь то шпага, пистолет или голая ладонь.