Читаем Фишка (СИ) полностью

    Какие-то секунды Вика постояла перед зеркалом, разглядывая спящего мужа, не в силах понять, что же происходит. Когда же совершенно неожиданно для себя вместо спящего Бориса она вдруг увидела в зеркале свое растерянное и испуганное лицо, ей стало еще страшнее.


    - Ой, мамочка, что это со мной? - шепотом произнесла она и медленно опустилась на край кровати, не отрывая от зеркала напряженного взгляда. Пока ничего необычного не происходило, и это помогло ей немного успокоиться.


    "Может, Бориса позвать? - думала она, слегка нахмурив брови. - Да нет, тогда сразу начнется: вот тебе твоя рухлядь, уже на мозги стало действовать. Нет, лучше ничего не говорить".


    Бой часов прервал ее размышления. Она вздрогнула и оглянулась. Уже одиннадцать. А в зеркале? Так и есть - час. Значит, в зеркале часы идут как бы в обратную сторону. А что под часами?


    Она опустила взгляд ниже и увидела, как Борис подошел к постели и лег.


"Так ведь он вчера в час ночи ложился! Вот оно что! Зеркало отражает прошлое, причем, момент, который отмечен на этих часах"

Вика встала так, чтобы часы в зеркале не отражались, и поднесла к волшебной поверхности руку. Она увидела свои узкие пальцы, обручальное кольцо, длинные накрашенные ногти.


    "Вот здорово! Значит, все это работает как система "зеркало-часы". Или "часы-зеркало"? Да все равно, какая разница, главное, что работает!"


    Следующий взгляд в зеркало ничего не дал. Часы отражались, но ничего необычного не было. Все снова пропало.


    "Так, - уже спокойно размышляла Вика, - осталось понять совсем чуть-чуть.  Ну уж теперь я не пропущу этот момент."


    И она с решимостью уставилась в зеркало. Ждать пришлось полчаса. Когда на отражении циферблата установилась половина первого, Вика увидела, как с началом боя часов картина в зеркале сменилась - смятая разобранная постель вдруг оказалась застеленной. "Да-да-да, в это время в спальне еще никого не было", - лихорадочно соображала она, но взгляд не отрывала. Через минуту все изменилось.


    "Здорово! - с восхищением думала Вика. -  Вот теперь я все поняла. Значит, так: увидеть можно только то, что отражается ровно в какой-то час или в половине какого-то часа. Видно все прекрасно и не так, как если бы кинопленку крутили в обратную сторону, а все вполне натурально, но вот держится это всего минуту. Ладно, надо еще немного посмотреть".


    Но теперь Вика уже не ждала полчаса. Она намеренно ничего не стала трогать в спальне, а вышла на кухню. Борис уже ушел. Все было вымыто и убрано после вчерашнего праздника.


"Какой же он заботливый. Повезло мне все-таки с мужем", - с блаженной улыбкой подумала Вика. Она сделала себе кофе и снова направилась в спальню.


   Через несколько минут часы пробили полдень. В зеркале это должна была быть полночь. Наверное, так и было, но в отражении кроме смятой постели Вика так ничего и не увидела.


    "Ну что ж, - с удовлетворением подумала она, -все ясно. Когда обе стрелки вместе, я увижу только настоящее. Теперь можно убирать постель, я уже все поняла окончательно. А интересно, заметит ли Борис?"


    Но Борис ничего не заметил. Он спокойно одевался и причесывался перед этим зеркалом, не обращая внимания на пытливые взгляды жены, и она решила ничего ему  не говорить. Сама же частенько забавлялась, заглядывая в прошлое.



    Летом они жили на даче.  Жила, конечно, в основном Вика, так как Борису было бы слишком трудно ежедневно далеко за полночь ехать за город переночевать, а рано утром снова мчаться на работу. Он бывал на даче лишь в выходные. Вика же, взяв на все лето отпуск, только пару раз в месяц ездила в город по сугубо женским делам вроде посещения парикмахерской, салона или покупки всяких дамских мелочей, без которых совершенно невозможно жить даже на даче.


    Наступившие внезапно, посреди августовской жары, холодные дни с унылым, почти осенним дождиком вынудили Вику совершить внеплановую поездку - ее любимый теплый свитер и подходящая к погоде обувь оставались в городской квартире.


    "Вот Борис обрадуется. Я, пожалуй, останусь с ним на пару дней", - решила Вика, собирая заодно нуждающееся в стирке белье.



    Квартира была пуста, значит, Борис сегодня уехал рано. Вика машинально отметила про себя, что все было убрано, посуда на кухне вымыта. Она любила чистоту и порядок, и в этом они с мужем были, к счастью, похожи. Вика выпила горячего кофе, полистала свежий журнал и, вымыв за собой чашку, прошла в спальню.


    Постель тоже была аккуратно застелена. В вазе стояли цветы. Вика улыбнулась. "А Борис, наверное, все-таки ждал меня сегодня. Он всегда покупал для меня цветы", - подумала она, доставая из шкафа пушистый свитер.


    В это время часы прозвонили свою нехитрую мелодию. Вика оглянулась и посмотрела на бронзовое солнышко. Девять часов утра. По привычке она заглянула в зеркало и остолбенела...


    Часы показывали три часа ночи. В спальне горел ночник. На тумбочке в вазе стояли цветы. А на постели под часами из-под обнаженной спины Бориса виднелось смуглое плечо Карины и ее прекрасное лицо с закрытыми глазами и закушенной в страсти нижней губой. Ее пышные темные волосы в беспорядке разметались по подушке.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее