Читаем Фёдор Логинов полностью

Институт, в котором предстояло учиться Логинову в течение четырёх лет (ныне — Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого), был основан в самом конце XIX столетия и стал одним из важнейших научных и культурных центров страны. Достаточно сказать, что в Ленполитехе учились и работали «отец советской физики» академик А. Ф. Иоффе, его воспитанники, будущие лауреаты Нобелевской премии П. Л. Капица и Н. Н. Семёнов, академик И. В. Курчатов и многие другие знаменитые деятели науки и техники.

Преобразования конца 1920-х годов в полной мере коснулись и Политехнического. В 1928 году вуз значительно расширил приём рабочей молодёжи, и уже к концу года число студентов в нём достигло восьми тысяч человек. В период учёбы Логинова институт затронула и другая большая реорганизация. Весной 1930 года в соответствии с решением Комиссии Совнаркома СССР по реформе высшего и среднего образования на базе имеющихся институтов стали создаваться узкопрофильные вузы, которые переходили в ведение промышленных объединений по отраслевому признаку. Несколько отраслевых институтов были созданы и на базе ЛПИ — гидротехнический, институт инженеров промышленного строительства, кораблестроительный, авиационный, электротехнический, химико-технологический, металлургический, машиностроительный, индустриальный сельского хозяйства, физико-механический, финансово-экономический и котлотурбинный. Так что поступал Логинов в Ленполитех, а оканчивал уже Ленинградский гидротехнический институт.

Как отмечается на официальном сайте Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого, «активное внедрение группового метода и непрерывной производственной практики позволило факультетам, а затем отраслевым институтам за один год выпустить инженеров больше, чем за двенадцать предшествующих лет Советской власти»[74].

Чем выше статус вуза, тем труднее в нём учиться. Слишком уж невелик запас знаний, который Логинов получил в земском училище, вся учебная программа которого основывалась на трёх предметах: Закон Божий и Священное Писание, чтение по книгам гражданской и церковной печати и письмо, первые четыре действия арифметики. Основные предметы дополнялись занятиями по основам географии и истории. Тем не менее Фёдор сразу же, минуя рабфак, смог поступить на основное отделение, немало удивив преподавателей и своими способностями, и приличным уровнем знаний.

«Всякое настоящее образование добывается только путем самообразования» — эта давно утвердившаяся в общественном сознании мысль принадлежит знаменитому русскому книговеду и популяризатору науки Н. А. Рубакину, оставившему нам целый ряд трудов, посвящённых проблемам самостоятельной учёбы и непрерывного образования человека. Годы, предшествующие поступлению в Ленполитех, особенно после перехода на профсоюзную работу, Логинов не терял даром. Его главным учителем становится книга, причём он не только упорно занимается политической и профессиональной самоподготовкой, но и изучает предметы общеобразовательного цикла.

Можно сказать, что самообразование становится естественной потребностью Ф. Г. Логинова, атрибутом его образа жизни. Поэтому, поступив в институт, он погрузился в учебный процесс, в котором первостепенная роль отводилась самоподготовке студентов, словно в родную стихию.

Среди студентов Фёдор выделялся не только внешностью — у преподавателей вызывали уважение его способности и трудолюбие, наконец, солидный жизненный опыт. В те годы в Гидротехническом институте защита дипломов не практиковалась — знания и профессиональные навыки студентов проверялись в деле. На выпускном курсе Логинов направляется в недавно созданное Ленинградское отделение треста «Гидроэнергострой» Всесоюзного объединения энергетического хозяйства ВСНХ СССР. И отнюдь не рядовым практикантом, а сразу на должность заместителя главного инженера отделения, которое приступило к проектированию первых гидроэлектростанций на Волге, на реке Баксан и ряда других важнейших гидротехнических сооружений, открывших новый этап в реализации планов государственной электрификации России. Важнейшая роль в них отводилась тогда Верхней Волге.

Дело в том, что многие годы Волга рассматривалась советским правительством главным образом как транспортная артерия страны. Однако в начале 1930-х годов Центр обращает на неё внимание как на серьёзную энергетическую базу индустриализации страны, потенциальный источник электроэнергии и водных ресурсов для ирригации засушливых районов Поволжья. Одновременно решалась задача и улучшения водоснабжения Москвы, для чего предусматривалось строительство канала Москва — Волга (позднее — канал им. Москвы).