Читаем Философия и социология гендерных образов и ценностных ориентаций полностью

В последние три десятилетия постмодернистские идеи стали все более богословскими. Различные христианские авторы заняли квазидеконструкционистскую позицию по отношению к природе и библейскому авторитету; все же немногие отказались от идеи, что есть некоторые человеческие ценности, которые секс должен выражать. Большинство все еще настаивают на по существу сексуальной природе человека и освобождении сексуальности от навязанных ограничений. По иронии судьбы, это тот самый проект Вин, который Фуко отвергает как кооптирование сфокусированным на сексе дискурсом контроля. Тем не менее, новый позитивный христианский взгляд на секс выдвигается как необходимая и нормативная корректировка для стоиков гностические и августинские элементы в традиции, которая оскорбляла тело, осуждала сексуальное влечение, поощряла сексуальное воздержание и допускала сексуальную активность только с точки зрения творческих намерений. В настоящее время сексуальность и сексуальное наслаждение считаются хорошими и важными путями к личному удовлетворению.

Этот шаг к уравновешиванию может, как предупредил Фуко, придать сексу непропорционально важную роль в человеческом опыте и благах, что неоправданно маркирует сексуальную ориентацию как составляющую личной идентичности. Но это фактический случай, когда современная западно-христианская этика имела тенденцию сосредотачиваться на личных и интерсубъективных значениях секса, как в коммуникативном, так и в приятном смысле; преуменьшил размножение; подчеркнул важность равенства и свободы в установлении сексуальных отношений; и ценил сексуальность как основу личности, социальных взаимодействий и даже религиозного опыта.

В широко цитируемой книге, даже вехой для недавнего ревизионистского христианского признания секса, протестант (Объединенная церковь Христа) теолог Джеймс Нельсон заявил два десятилетия назад, что «наши тела всегда являются сексуальными телами»[2].

В то же время следует отметить, что дебаты в католицизме касаются не столько традиционного идеала гетеросексуальной, репродуктивной моногамии, который поддерживает большинство католиков, но характера и степени допустимых исключений из этой нормы. Область согласия по традиционным сексуальным ценностям среди католиков гораздо шире, чем полоса разногласий, однако могут возникать поляризованные дебаты между католическими «либералами» и «консерваторами». Отчасти из-за влияния монолитной педагогической власти даже узкие вопросы, такие как допустимость контрацепции в браке, стали «проверкой» католической ортодоксальности.

Многие основные протестантские конфессии в этом столетии поддерживали деформацию власти Реформации и ассимилировали либеральные социальные и политические ценности с их интерпретацией христианской жизни, по крайней мере, в промышленно развитых странах. Действительно, членство в протестантских церквях было главным вкладчиком в западные культурные идеалы толерантности, индивидуальной свободы, ответственности за совесть и личного удовлетворения против сдерживающих факторов совести и личного удовлетворения против ограничивающих «средневековых» традиций. Не только вера Реформации, но и причина Просвещения и экзистенциалистское принятие решений были найдены формирует современное христианское отношение к сексуальной морали, особенно в либеральном протестантском богословии. Развод и даже добрачный секс становятся более или менее приемлемыми для мирян и богословов. В настоящее время для этих квази-«церквей» основной проблемой является гомосексуализм, особенно рукоположение мужчин или женщин, находящихся открыто в гомосексуальных отношениях.

По словам заместителя декана Вестминстерского аббатства, Англиканская церковь страдает от конфликта между формальной традиционной сексуальной этикой, которая запрещает развод и любой секс вне брака, в то время как гражданское право, народные ожидания и их собственное пастырское чувство приводят многих духовенств проводить свадьбы для разведенных, чей бывший супруг еще жив. Однако епископы пришли к выводу, что гомосексуальные отношения одобрены молчаливо для мирян, но не подходят для духовенства, прежде всего из-за потенциально отталкивающего и разобщающего воздействия на их приходы.

В последнее десятилетие Объединенная методистская церковь, Пресвитерианская церковь (США) и Епископальная церковь создали прогрессивные учебные комитеты, чьи рекомендуемые изменения в традиционных сексуальных учениях, среди которых те, кто занимается гомосексуализмом, были самыми провокационными, были в конечном итоге отвергнуты членство в целом. Евангелическая лютеранская церковь в Америке подготовила проект заявления в конце 1994 года и распространила его для комментариев при подготовке второго проекта в июне 1995 года. В документе, вызвавшем споры в церкви сразу после публикации, брак был определен как «обязательное обязательство между двумя людьми», с церемонией или без, и не только для гетеросексуалов.