Это также был способ превзойти своих предшественников: Целестин V был первым папой в XIII веке, который предоставил полную индульгенцию всем присутствующим на его посвящении в церкви Коллемаджио в Аквиле 29 августа 1294 года, и он сделал это еще раз восемь дней спустя. Издав указ о полной индульгенции на один год и постановив, что такой юбилей должен проводиться бессрочно в конце каждого столетия, Бонифаций поступил лучше Целестина. Он вновь обрел популярность и легитимность, поскольку если его титул Папы подвергся бы сомнению, то индульгенция, которую он провозгласил, теряла бы свою силу: сотни тысяч верующих, пришедших на празднование, стали поддерживать Бонифация, чтобы не потерять свои индульгенции. Более того, Бонифаций заранее занимал свое место в памяти потомков как основатель юбилеев.

Кардинал Стефанески видит еще один признак того, что все это обусловлено волей провидения: не является ли Бонифаций 200-м Папой в истории? По крайней мере, именно такой вывод мы можем сделать из Liber Censuum (Освобождение от цензуры), которая приписывает номер 182 Целестину III (1191–1198). С тех пор семнадцать Пап сменяли друг друга. Итак, пишет кардинал, "люди могут считать это совпадением, но это, безусловно, заслуга Божественного провидения, что Бонифаций, который своей буллой учредил юбилей, является тем, кто фигурирует в хрониках как 200-й Папа в истории".

Двухсотый Папа в истории, создатель Юбилея, победитель своих духовных и мирских врагов: 1300 год стал кульминацией понтификата Бонифация и возможностью еще раз продемонстрировать его манию величия. 25 августа в замке Згургола, пока Арно де Вильнев стряпал для него зелье собственного приготовления, Папа принял епископа Винчестерского Иоанна Понтуазского и объявил: "Папа носит меч обоюдоострый, то есть мирскую и духовную власть, ибо это Бог сделал Папу обоюдоострым мечом и двойной властью, одна — посредством арбитража, другая — властью понтифика; от этих полномочий мы никогда не отказывались и никогда не собираемся отказываться, но будем использовать их на своем месте и и по своему усмотрению".

Превосходство Бонифация над всем человечеством выражается не только в словах и письменах, но и в образах. Ни один Папа до него не изображался так часто при жизни и в таких выгодных позициях. Он был не только первым Папой, провозгласившим юбилей, но и первым Папой, надевшим тиару с тремя коронами, как "отец государей и королей, настоятель вселенной, наместник Спасителя". Первый Папа, статуя которого в натуральную величину работы Арнольфо ди Камбио была установлена в базилике Святого Петра при его жизни; первый Папа, изображенный благословляющим одной рукой, а другой держащим ключи от собора Святого Петра; первый Папа, в 1301 году отчеканивший монету с тиарой и ключами; первый Папа, который потребовал, чтобы его статуя из серебра была установлена в память о его арбитражных приговорах, в Амьене, Реймсе, Падуе, Флоренции и Ананьи; первый Папа, статуя которого была установлена на общественной площади в Болонье, напротив муниципального дворца, "чтобы она была хорошо видна всем" и торжественно открытая в феврале 1301 года; первый Папа, появившийся на большой фреске на площади Латерана. Стоя, сидя, лежа, на коленях, нося тиару, короны, ключи, меч, раздавая благословение, Бонифаций хотел быть хозяином на земле, как на небе, открывая ворота чистилища, а также ада и рая. Как мы можем, после этого, удивляться обвинениям в идолопоклонстве, которые были выдвинуты против Него? Юбилей 1300 года — апогей мании величия.

Странствующий король 

Пока Папа торжествовал, чем занимался король Франции, кроме охоты? 1300 год прошел для него спокойно. Продолжая странствовать, он до 5 января находился в Фонтенбло, затем через Монтаржи (9), Шатонеф-сюр-Луар (11), Божанси (21) он 3 февраля вернулся в Париж, откуда через несколько дней отправился в новое турне, через Лоншам, Пуасси, Шартр, Венсен, Пьерфон. Мы находим его в Париже 5 июня, откуда он немедленно отправился в Монтаржи, Орлеан, Венсен, Сен-Дени, Сен-Жермен-ан-Лайе, Пуасси, Виллер-Котре, Пьерфон, Венсен. 17 декабря он был снова Париже. Его странствиями, похоже, руководит одна забота: преследование дичи, о чем свидетельствуют его остановки, всегда в лесу. Это не мешало ему совмещать дела с удовольствием, так как он путешествовал со всем своим двором и по заранее подготовленному маршруту, чтобы иметь возможность поддерживать связь со своей администрацией и находить необходимое пропитание на месте. Однако часто он опаздывал или неожиданно менял направление, что заставляло послов и других посланников искать его, или, как они говорят, "находить" его. Он также должен был иметь при себе соответствующих чиновников с необходимыми документами.