Читаем Фиаско 1941 полностью

4. Советские люди были подневольными трусами, когда исчез страх перед «органами», убежали с войны, а когда снова появился страх за собственную жизнь, стали воевать против немцев: «Летом 1941 года случилось небывалое. Перед советским человеком открылась возможность выбирать свою судьбу без страха перед «родной партией» и ее славным «вооруженным отрядом». Нету его, НКВД, и дверь в райкоме партии настежь распахнута, и гипсовая голова вождя любимого на крыльце валяется. А немцы все прут и прут, в сводке уже про «вяземское направление» пишут»[290]; «Так с каждым днем и месяцем все новые и новые миллионы людей начинали осознавать, что война, на которой им приходится воевать и умирать, идет уже не ради освобождения очередных «братьев по классу» в Занзибаре, не ради окончательного торжества вечно живого учения карлы-марлы, а просто для того, чтобы они, их семьи, их дети могли жить и надеяться на лучшее будущее»[291]; «Даже в тех немыслимо тягостных условиях, которые были созданы многолетним произволом преступного сталинского режима, именно советский народ, именно его многонациональная Красная Армия спасли Европу от фашистского порабощения. Снова, как и в 1812–1814 годах, подневольный русский мужик распахнул дверь к миру, свободе и процветанию для других народов»[292].

5. Причина поражения Красной Армии в 1941 году состоит в том, что армия не желала воевать за Сталина, разбежалась и побросала оружие или сдалась в немецкий плен: «Молчаливое большинство (а у нас в стране оно после 1937 г. особенно молчаливым было) решало этот вопрос так, как показано в предыдущих главах. Не было ни митингов, ни «солдатских комитетов». Молча бросали винтовку, молча вылезали из опостылевшей стальной коробки танка, срывали петлицы и пристраивались к огромной колонне пленных, которая в сопровождении десятка немцев-конвоиров брела на запад. Жаль, не дожил великий пролетарский поэт до этих дней, не увидел, как может материализоваться его метафора «где каплей льешься с массою…»[293]; «Стоит ли дальше спорить о «готовности к войне», если, по самым скромным оценкам, больше половины личного состава армии дезертировало или сдалось в плен?»[294].

Подобные цитаты имеются и во всех других его книгах. Несмотря на то, что сам автор своей концепции не формулирует, сознательно или нет, эти рассуждения вполне открывают, как он смотрит на события того времени и в чем ищет причину поражения в 1941 году.

Как видим, первые три тезиса в концепции Виктора Суворова и Марка Солонина совпадают почти полностью, различаясь только формулировкой, да еще первый тезис у Солонина сформулирован значительно более обобщенно, и в него включен тезис о наживе на «освободительных походах». Виктор Суворов с этим тоже согласен, поскольку в его книгах о Г.К. Жукове тоже описывается в красках грабеж трофеев. Это то, в чем их мировоззрение совпадает и что позволяет им вести задушевные приватные беседы. В этом отношении Солонин является сторонником и последователем Виктора Суворова.

Серьезные различия в последних двух тезисах, и вот они-то как раз являются собственным вкладом Марка Солонина во всю ревизионистскую эпопею. Виктор Суворов в своих книгах почти никак не рассматривал и не трактовал роль народа в этих больших исторических событиях, и в целом складывается впечатление по его книгам, что «капитан Ледокола» представлял советский народ покорным инструментом коммунистической власти, выполняющим все, что бы ни приказали.

Солонин внес свое собственное мнение. Он акцентировал внимание на страхе перед «органами» и перед «произволом», на вытекающей из этого массовой и всепроникающей народной трусости, и это он сделал главным своим тезисом и это выдвинул основной причиной поражения Красной Армии в 1941 году. Метатезис, объединяющий все тезисы его теории, можно сформулировать так: «Советский народ – трус».