— Вы уже осмотрели его? — спросил Архипов. Тот секунду подумал и куда-то крикнул:

— Ковальский, сейф переписали?

Вошел тощий парень но имени Ковальский и протянул бумаги.

— Да, сейф вот здесь. Вместе с каталогом. — Отдав бумаги, он снова исчез за дверью.

— Можно я взгляну? — спросил Архипов.

— Конечно, — человек протянул бумаги капитану и вышел вслед за Ковальским.

Каталог был рукописным и насчитывал сто тридцать три наименования. Сверху стояло короткое слово «Сейф».

Архипов понял, что предстоит попотеть. Под неодобрительным взглядом штатского он уселся на мягкий кожаный диван и принялся сверять содержимое бумаг.

Через два часа кропотливой работы он встал и потянулся. Так и есть, не хватает нескольких монет и подземного плана города, датированного 1944 годом.

— Ну что, все? — ехидно спросил штатский. Архипов окатил его ледяным взглядом.

— Да. Желаю удачи в расследовании, — и быстро вышел за дверь.

После затхлого квартирного воздуха летний день казался особенно приятным. Синее небо без единого облачка влекло на море.

Итак, Карташов убит. У него, скорее всего, взяли то, что и хотели взять. Подземный план города. Это могла сделать Никитина, на одной из чашек губная помада… Но зачем ей это? Он не мог этого понять.

Неспеша он подошел к телефону-автомату и набрал рабочий номер Литвинова.

— Слушаю, — послышался в трубке голос начальника.

— Это Архипов.

— Что там у тебя?

— Я только что из центрального отдела. Убили Карташова. Закололи в сердце. Скорее всего, это сделала Никитина. Нашли ее следы. Ценности все на месте, кроме нескольких монет и подземного плана Кенигсберга. Никто ничего не видел и не слышал.

Возникла долгая гнетущая пауза. Архипов забеспокоился, что линия разъединится.

— Если это Никитина, — сказал наконец подполковник, — значит она что-то ищет. Под землей. У Карташова была эта карта и какие-нибудь дополнительные сведения, пусть даже, по Янтарной комнате… Никитина это узнает, входит к нему в доверие, устраивается заместителем директора и потихоньку все выпытывает, и, наконец, за ненадобностью, убивает его. Если ее еще можно найти, то только там. — Архипов почувствовал, как Литвинов указал рукой на пол.

— А зачем тогда эти трупы? Вернее, их отсутствие? — поправился капитан.

— Этого мы не знаем. Вполне возможно, что эти люди в чем то помогали ей, и она постепенно избавлялась от них, пряча под землей. Это объясняет, почему мы до сих пор никого не нашли.

— В чем же могла помочь ей проститутка?

— Мы не знаем их настоящих дел. А ты, — Литвинов повысил голос, — до сих пор отталкиваешься от того, что некто снял шлюху на Ленинском проспекте, провел с ней чудное время и потом задушил ее… Такого не было.

Архипов с силой сжал трубку.

— Короче, — продолжил подполковник, — бери людей и марш на остров, пока еще светло и народу немного. Она исчезла там и скоре всего, там и есть какой-нибудь вход в подземелье. Вскройте все люки, обыщите, обсмотрите… в общем, ты понял. До вечера нужно успеть. А я пока свяжусь с коммунальными службами. Наверняка, они подскажут…

— Хорошо, — вздохнул Архипов, — я на острове.

— Держи связь, — сказал Литвинов и повесил трубку.

Глава 64

Василию снилось, будто он на необитаемом острове, который сотрясает жуткий ураган. Тропические пальмы, не в силах сдержать натиск бури ломаются и вылетают с корнями. Его трясет от холода и мокрых ледяных брызг. Он прячется в небольшую канаву, поросшую мягкой травой, но и здесь его настигает океанская буря.

Таня проснулась и открыла глаза в кромешной темноте. Сначала она не поняла, где находится. Удар по голове, она связанная лежит на каменном полу… Василий…

Ах, да. Она сразу все вспоминает. Василий с Павлом, они пришли? Она прислушалась. Тихое дыхание в районе кресла немного успокоило. Поднявшись с дивана, она ощупью нашла кресло и плечо в пиджаке. Ее сердце быстро забилось, как испуганная птичка в клетке. Бандиты опять нашли ее? Боже, что теперь будет?!

Стараясь не шуметь, она подошла к двери и медленно ее открыла. Попавшего света хватило, чтобы разглядеть профиль Василия. Он спал.

У нее отлегло от сердца. А где же Павел? Таня осмотрела комнату. Павла нигде не было.

Она принялась тормошить Василия за плечо. Он что-то неразборчиво произносил, но не просыпался. Она тряхнула его посильнее и Василий, открыв глаза, удивленно уставился на нее.

— Ты?? — наконец произнес он. — Что ты тут… — но словно опомнившись махнул рукой и опять начал засыпать.

— Вася, Вася, проснись? Надо что-то делать. Где Павел?

Поморгав, он пришел в себя.

— Павел? Павла больше нет…

— Как?! Он ушел?

— Да. — Василий как-то странно посмотрел на нее. — Его убили.

Таня не смогла поверить его словам.

— Ты шутишь? Как убили? Когда? — она почувствовала, как комок подкатил к горлу.

— Его убили, Таня. Он спас мне жизнь. — Василий отвернулся, чтобы Таня не видела в его глазах слезы.

Она молчала, не в силах произнести ни слова. Василий посмотрел на часы. Восемь сорок утра. Он проспал что-то около трех часов.

— Откуда у тебя пиджак? — тихо спросила Таня.

— Трофейный.

— Он был в таком же пиджаке, словно бы про себя сказала она.

— Кто — он?