Читаем Фернандо Магеллан. Том 3 полностью

– Если засунуть в рот перышко, – прервал сказку туземец, – превратишься в птичку и улетишь вон на тот остров, – указал на землю за бортом. – В давние времена животные, птицы и люди были близкими родственниками, принимали облик друг друга. Потом они поссорились, утратили способность перевоплощаться. Ты хочешь стать маленькой птичкой?

– Да, – выдохнул ребенок.

– Мы все бы улетели отсюда, – глухо и зло добавил взрослый.

«Во сне отец посоветовал сыну взять с собой крысу, так как раньше не было собак, и крысы сопровождали охотников. Утром братья напекли лепешек, отправились на соседний остров, а у младшего в пустой сушеной тыкве сидела крыса».

– Эй вы, свиньи, прочь с дороги! – Карвальо пинком расчистил проход. – Расселись, бездельники, словно жабы на кочке.

Рабы пропустили кормчего, плотнее сбились в кучу вокруг рассказчика.

«Налетевшая волна перевернула лодку братьев, крыса начала тонуть. Тут всплыл со дна моря осьминог и посадил ее к себе на голову. Они долго плыли к берегу, осьминог выбился из сил. Крыса смеялась над ним, желала сделать ему пакость, нагадила на голову. С тех пор у осьминога сохранились на голове бугорки».

Туземцы весело засмеялись, довольные проделками крысы, не понимая, что за добро нельзя платить злом. Они жили в ином мире, где едят детей, если племя терпит голод, а удачное воровство равнозначно подвигу.

«В это время на берегу старый вождь поджидал братьев. Он почувствовал, что случилась беда, оттого что задрожал его большой палец. Старик взял в руки палицу, начал ходить у воды. Когда вождь берет в руки каменную палицу, он должен быть выслушан».

Пленники согласно загудели, закивали головами. Они слушали так, будто приключения происходили с их родственниками или соседями. Мальчик острее всех переживал истории. Он вскакивал на ноги, громко вскрикивал, размахивал ручками; на круглом личике, украшенном знаками высокого рождения, отражались удачи и промахи братьев.

«Люди забыли о погибшем воине, потому что наша жизнь коротка, чтобы тратить ее на огорчения. Смерть, завершающая жизнь, похожа на сон, нисходящий на всех, кто устал и хочет отдохнуть»,

– закончил обнаженный туземец, прижимая к себе мальчика, готового расплакаться от жалости и обиды.

День клонился к концу. Ветер отгонял корабли от желанной земли, не давал пробиться на юг. Злая колдунья Махуика сорвала с пальца ноготь, и он загорелся ярким пламенем заката. Небо на востоке сгустилось, налилось синевой. Когда стало совсем темно, всплыли облака Магеллана – туманные созвездия на черном небосводе. Это два брата – Тока и Леле ушли от отца на небо, потому что были ему в тягость, он хотел убить их.

Потеряв надежду войти в гавань или обогнуть остров, корабли приблизились к земле, бросили якоря. Порывистый ветер гнал встречную волну, трепал вымпела и флаги, хлопавшие крыльями сказочных птиц. Антоний читал Псалтирь:

Заканчивается вечерняя служба, крестятся моряки. Шевелятся на ветру бумажные цветы в венке Девы Марии. Тухнут от шквалов свечи.

«Хвалите Господа все народы, прославляйте все племена!

Велика милость Его к нам, истина Господня вовек. Аллилуйя»,

– радостно восклицает францисканец.

– Держите рабов! – раздался с марса голос юнги. Педро высунулся из «вороньего гнезда», указал в сторону темнеющего острова. – Дикари сбежали!