В облаках над головой обозначился просвет, на замерших людей глянули яркие звезды. А в душе Дмитрия проросла вдруг уверенность, что все только начинается и что его спокойной — в каком-то смысле — жизни путешественника пришел конец. Мечи, олицетворявшие собой два разных подхода к жизни и к человеку, две разных веры, вышли на волю. Сможет ли он сохранить их?

Сверток в руке Дмитрия шевельнулся как живой. Тоненький лучик невидимого света протек от меча Боривоя по руке к голове путешественника. Меч словно успокаивал вновь обретенного друга. Затем волна света прянула от него во все стороны, осветила городище и погасла. Изумленные молодые люди молча смотрели на меч и молчали. Они не знали, что сказал им русский меч, но в силу врожденного оптимизма еще верили, что все могут изменить к лучшему.

В этой жизни.

АЛЕКСЕЙ СЕРГЕЕВ

Тайранский перевал

Глава 1

Стротан Туриг смотрел, как омерзительная голубая змея хархской пехоты медленно ползет по извивам его Новой дороги, и мучительно сознавал собственную вину. Новая дорога была на самом деле новой и лучшей дорогой через протянувшийся с севера на юг Большой хребет. Именно он, Туриг, проложил эту дорогу. Это его усилиями был расчищен Тайранский перевал. Это именно по его проекту построен надежный каменный мост через Щель взамен старого канатного.

А теперь этот труд должен погубить его Реану. Его мирную, немного беспечную, веселую Реану. Именно он, стротан Туриг, в строительной гордыне безнадежно сгубил свою страну. Если Всевидящий Реорн в следующей жизни сделает Турига в наказание червем, это будет справедливо. Несомненно, справедливо…

Впрочем, Реорн его, возможно, и простит, но как Туриг простит себя сам? Он представил горящие дома, текущую кровь, предсмертные крики женщин и детей. И надо всем этим грохот деревянных хархских подошв…

Червем, Реорн! Только червем!

Единственное, чего он хотел и мог сейчас сделать, — это умереть здесь, на Тайранском перевале. Смерть была, несомненно, лучшим выходом. Туриг истово молился Реорну, и слезы текли по его щекам.

Кто-то положил руку ему на плечо. Туриг вздрогнул от неожиданности и обернулся. Это был мальчик-бооринг Фрохальк, родственник жены его брата Хорига. Сама Рудильда умерла, но ее боорские родичи все еще были частыми гостями семьи реанского тана. Хотя многие во дворце и смотрели на это косо — боорингов не жаловали.

Фрохальк серьезно и немного торжественно смотрел на Турига.

— Мы что, встанем здесь, у этого моста?

— У моста? — Туриг вздохнул. — Послушай-ка, мальчишка, зачем тебе умирать? Это я должен остаться здесь у неразумно построенного мною моста. Я здесь… один… — Турига душили слезы. — Если доберешься до своего деда Хродрига, расскажи ему все. Может быть, старый скурд Хродриг их остановит. Передай, что я прошу его отомстить хархам за Реану. Иди же!..

— Стротан, почему ты меня прогоняешь? Мы ведь должны остановить Харх? Используй же меня в сражении. Я буду полезен. Обещаю.

— К чему лишние жертвы? — махнул рукой Туриг. — Мы не в силах сдержать хархов. — Он указал Фрохальку на неотвратимо поднимающуюся по серпантину дороги вражескую колонну. — Их много, как муравьев. А у меня всего полторы сотни человек. И только треть — солдаты. Советую быстрее уносить ноги, Фрохальк!

Туриг отвернулся, стыдясь своих слез.

— Стротан, не надо! Не надо… — пробормотал Фрохальк. — Я остановлю Харх. Я знаю, как это сделать. А предателя Бокэция тан Хориг должен повесить на площади перед дворцом. После этого никто и никогда не посмеет больше попрекнуть Двесциев боорской кровью. Народ Реаны узнает, какие из боорингов воины!..

Два дня назад стротан Бокэций предательски увел готовые к бою полки на юг, оставив практически беззащитной всю центральную область Реаны. Тан Хориг, узнав об этом, тут же пустился ему вслед, чтобы вернуть войска. Родному брату тана стротану Туригу было поручено разрушить Тайранский мост и сдерживать хархов до подхода армии. Однако исчадия ада хархи оказались слишком быстры. Судя по всему, Бокэций и стоящие за ним южные магнаты добились-таки своего. Династия Двесциев больше не будет править Реаной. Не будет и самой Реаны. Ее вытопчут хархи. Неужели глупцы этого не понимают?

— Туриг, мы остановим врагов, — зудел над ухом глупый Фрохальк.

— О Великий Реорн! — вспыхнул стротан. — Как, как мы их задержим?! Как? Фрохальк, пойми, даже вся наша реанская армия не в силах остановить их, если они спустятся вниз. Здесь, у Щели, это еще возможно. Если бы я пришел вовремя… А теперь Реана погибла. Полностью. Безвозвратно… — Туриг перестал стесняться катившихся по щекам слез.

— Еще не погибла, стротан! Мы встанем насмерть и, может быть, одержим победу — я знаю особый способ…

Этот Фрохальк поистине был родственником Рудильды. Туриг хорошо помнил ее неукротимый нрав. Ее яростные вспышки стоили множества седых волос его брату тану Хоригу. Говорили, что их с Хоригом боорская прабабка Агульда была не лучше.