Читаем Фэнтези 2003 полностью

Ну, помолчал он, подавился и грит, мол, ну никак невозможно это, чтобы вакум колесами гребсть.

А я грю: а пробовал кто-нибудь?

Тут он ажно зеленью покрылся, стоит, губами шлепает, и не поймешь: то ли в смех его сейчас кинет, то ли в слезы. Но ничего, в руки себя взял, отдышался и честным делом сказал: никто, мол, не пробовал.

Я так себе разумею, за державу ему обидно стало. Тоже, видать, патриот. За живое его взяло, что никто у них там не додумался.

И вот, значица, собрались мы. До вакуму пришлось на мажеской тяге лететь: дали мне, значица, сосудину специальную и пару заклятиев: как воздушных ляменталей… Ну, еляменталей, разница-то? Ентих самых, короче говоря, оттудова выгнать и до дела запрячь, а потом назад загнать. Так, стал быть, и поехали. Я за механика и рулевого, звездоходец — навроде лоцман и за навигацию ответственный, и кочегары при топке. Двое.

Развели мы, стал быть, пары, и грю я, значица: рули, мол. Куды нам плысть? А у звездоходца моего глаза дикие, как у отравленного. На экраны свои мажеские таращится, аж трясется весь. Мы ж, грит, в вакуме! Точно, грю, в вакуме. Вон, ляментали в сосудину свою попрятались и рожи оттудова корчат. Воздушные они у нас, не вакумные. Так дальше-то, грю, нам куда? Тут начал он что-то там свое кулдыкать: того-сего, световой год, такой год, сякой год, подпространство…

А я ему: ты, браток, на вот, похмелись и пальцем покажи. Карты-то есть?

Карта у его, ясное дело, мажеская. Но ничего, понятная. Ента звездочка там, другая тут, мы — вот, а плыть вон туда.

Ну, грю, ясно все. Вот сначала к той звезде, и за ей прямо направо.

А звездоходец мой мало не деревенщиной обзывается. До той, мол, звездочки тыщу лет ползти — не доползти.

А я ему и грю: ежли с реактором, так точно и за тыщу не доползешь — звездоход твой колдыбнется раньше. А у нас механика надежная, до звезды той на глазок миль двадцать, стало быть, часа за три дойдем. Ну, может, поболе чуть.

Дал, я значица, свисток отходной, и двинулись мы себе ни шатко ни валко. И на что ему столько кнопочек было, не пойму! Я-то все по-нашенски сделал, без вывертов всяких. Штурвал посередке, справа рычаг для скоростей, слева для верху-низу, манометр и от гудка ручка. И чего еще? Любо-дорого!

А большущие енти звездочки, когда близко! Это, я вам скажу, да! Прям как солнце.

Потом свернули мы, и дальше. Только чуть нас евойная механика мажеская, для навигации которая, не подвела. А как дело было? Гляжу я — опять звездоходец мой в цвете переменился. А цвета он менять горазд, доложу я, прям как тропический хам-ящер. Ась? Чего-сь? Хамалеон звать? И маленький он? Ну и бес с ним. Я о чем бишь?.. Ну, сделался мой звездоходец белый весь и аж с просинью. Все, грит, тут-то и конец хитрой нашей машинерии. Рой, грит, нам навстречу летит. Метеоритный.

Ну, я натурально и спрашиваю: что, мол, кусаются?

А он: кто кусается?

А я: известное дело — раз рой, значить пчелы, или обратно же осы. Или прочая какая насекомость вакумная, почем я знаю, что тут за насекомость у вас?

Кусаются, грит, как есть кусаются. Закусают на клочки-тряпочки. Только не насекомая эта напасть, а камни летучие. Расшибут в лепешку, и кранты.

Где, грю, камни? Которые такие летучие?

А он в экран тычет, там огонечки такие ползут. Ну, он мне и грит: это, типа, от приборов навигацких изображение такое подается. А на деле это камни большущие. Летят.

Ну вот век не любил я енти мажеские штуки! Одни от их неприятности. Как со всякой мажеской техникой свяжешься — тут тебе и камни летают, и вообще что хошь. Как то раз благоверная моя купила бутыль с заклятием мажеским: чтобы, стал быть, молоко в ей не кисло. Бутыль хорошая, дельная была, ну и залил я туда первач. Думаю, раз уж для молока годится, первачу тому потом и вовсе цены не будет. Так что думаешь? Через месяц бутыль раскупорил, а оттудова змий зеленый лезет! Завелся, понимаешь! Ну да это я к слову. А вообще со всякими штучками мажескими… Знаем мы эти тонкости!

Кулаком колдыбнешь как следовает быть, и тут же у нее в душевной организации просветление наступает, прям как у моей благоверной. Ну, я, значица, по экрану-то ентому мажескому и колдыбнул. Мы до заклинаниев не ученые. И все тут же значица по своим местам встало. Смотрю, не летят больше каменюки, как положено вниз посыпались. Звездоходец ажно подскочил!

Это, грит, чего? Неужто экран поломался?

Ну а я ему: как, грю, чего? Падают. Камни — значит, падать должны, а не летать. Вот они и падают. То ж с твоей же системы мажеской выхлоп и шел — оттого, стал быть, и каменюки летали. Ну и рассказал ему, как у меня в бутыли змий зеленый вместо первача завелся.

Да-а… По дороге всякого еще было. В поле гравитационное как-то раз заплыли. Я так разумею, гравитация ента навроде водоросли: на лопасти наматывается и гребсть мешает. Ну, до водорослей мы, знамо дело, привычные… Звездочка там больно здоровая оказалась, вот гравитации-то в тепле и разрослись.

Только якорь в вакуме бросать неудобно: плавает он отчего-то рядом, как не чугунный даже. Плавает и в елюминатор снаружи стучит.