Читаем Феномен войны полностью

Американскую Войну за независимость (1775–1783) тоже можно было бы с полным правом включить в эту главу. Многими чертами она подпадает под определение «гражданской». Примерно треть четырёхмиллионного населения колоний была решительно против отделения от метрополии. Лоялисты вступали в полки, сражавшиеся на стороне британцев. В тысячах семей разыгрывались драмы аналогичные той, которую пережил Бенджамин Франклин, когда его сын Вильям выбрал остаться верным слугой английского короля в должности губернатора Нью-Джерси. И всё же мне кажется более плодотворным рассмотреть этот исторический катаклизм в главе «Войны за независимость».

Вплоть до наших дней, полтора столетия спустя, тема гражданской войны 1860–1865 годов остаётся кровоточащей раной, отзывается болью в сердцах американцев и смятением в умах. Каждый год публикуются новые исторические исследования, новые романы и фильмы, поэмы и пьесы, пытающиеся проникнуть в тайну этой великой исторической трагедии. Кто виноват в ней? Была ли она неизбежна? Давала ли конституция американским штатам право на отделение? Было ли у президента право отдать приказ о вторжении в южные штаты? Неужели белые южане шли на смерть только ради сохранения института рабовладения?

Избранный на пост президента Авраам Линкольн ещё не успел вступить в должность, не успел издать никаких указов, когда в южных штатах начался гул возмущения, сводимый к простой формуле: «Пусть выборы президента показали волю большинства, но под властью такого большинства мы жить отказываемся». Многолетняя пропаганда аболиционистов в Северных штатах была пронизана презрением и ненавистью к защитникам такого бесчеловечного института как рабство, а рейд Джона Брауна, закончившийся кровопролитием, показал, что противники рабовладения не остановятся ни перед чем.

Гордые южане не были готовы мириться с таким отношением к себе. В их глазах идея дать свободу чёрным, когда они находились на таком уровне невежества и дикости, выглядела безумием. Они слишком хорошо помнили, с какой жестокостью расправлялись негры с белыми хозяевами, получив свободу на острове Святого Доминика (1791–1803), помнили и восстание Ната Тёрнера в 1831. Слухи о заговорах чёрных, о собираемых ими запасах оружия и пороха муссировались, расползались, обрастали красочными и пугающими домыслами.

Конечно, новоизбранный президент не мог бы сразу отменить рабство своей волей. Но федеральное правительство имело большой арсенал приёмов, которые можно было использовать для ослабления власти рабовладельцев. Оно могло отменить цензуру почтовых отправлений, введённую южанами в своих штатах, после чего поток пропагандной литературы хлынул бы в их города. Оно могло назначать на должности федеральных судей активных противников рабовладения. Оно могло отменить законы, разрешавшие охоту за рабами, убежавшими в Северные штаты.

Законодательное собрание Южной Каролины первым проголосовало за отделение от Союза уже в декабре 1860 года. В январе его примеру последовали собрания Миссисипи, Флориды, Алабамы, Джорджии, Луизианы, Техаса.[242] Конвенция, собравшаяся в Монтгомери (Алабама) 4 февраля 1861 года, объявила о создании нового государства: Конфедерации независимых южных штатов, со своим конгрессом, президентом, конституцией. Эта конституция категорически запрещала конгрессу Конфедерации принимать какие-либо законы, направленные против института рабовладения или ограничивающие права рабовладельцев.[243]

Вирджиния некоторое время колебалась. Многие политики предпочли бы получить от Севера гарантии своих прав, статус автономного самоуправления. Генерал Джордж Пикет, вступивший в армию конфедерации, писал своей возлюбленной:

«Я всегда решительно возражал против распада Союза, но никогда не сомневался в нашем праве на отделение. Так нас учили все учебники в военной академии в Вест-Пойнте».[244]

В своей пропаганде южане уверяли, что конституция разрешает штатам выходить из Союза, что отделение произойдёт мирно и освободит Юг от политического и экономического доминирования Севера.

Линкольн оказался в крайне затруднительном положении. На территории отделившихся штатов находилось множество военных и гражданских учреждений, принадлежавших федеральному правительству. Военные форты, таможенные посты, почтовые и телеграфные отделения десятками переходили в распоряжение Конфедерации. Воспрепятствовать этому можно было только военным вмешательством. Однако для начала военных действий необходима была санкция Конгресса США. А по расписанию новый конгресс должен был возобновить свою работу только в июле. В течение весны 1861 года правительство предпринимало судорожные усилия в поисках компромисса, вело переговоры с южанами, пыталось избежать войны.

Всё было тщетно.