Читаем Феномен войны полностью

Несколько десятков солдат-кавалеристов в городе Мирут отказались прикасаться к патронам. Их выстроили на плацу, окружённом четырьмя тысячами сипаев под командой британских офицеров. Пушки и заряженные новые ружья были нацелены на арестованных. Британские солдаты приблизились к ним, срезали пуговицы с их формы, сорвали мундиры, заковали в кандалы. Казалось бы, порядок был восстановлен. Но на следующий день пронёсся слух, будто англичане собрались разоружить всех сипаев. Неожиданно озлобленная толпа вооружённых индусских солдат перебила своих офицеров. К ней присоединились и местные жители, они набросилась на дома европейцев в городе, принялась убивать их без разбора. Бунтовщики освободили арестованных из тюрьмы, и вооружённые толпы двинулись в сторону Дели, находившегося всего в сорока милях от Мирута.[391]

Маленький британский контингент столицы не мог противостоять мятежникам, к которым присоединились три полка сипаев местного гарнизона. Всё, что удалось сделать, — взорвать большой арсенал в городе, чтобы он не попал в руки восставших.[392]

Мятеж стремительно распространялся. 4 июля взбунтовались сипаи в городе Каумпур. У коменданта для обороны было только 60 артиллеристов и несколько десятков сипаев, оставшихся верными своим командирам. Вместе с ними, в форте, окружённом земляным валом, укрылись четыре сотни женщин и детей. Оборона продолжалась три недели, и лишь когда кончились вода, продовольствие, порох, комендант вступил в переговоры с мятежниками.

Осаждённым разрешено было покинуть крепость. Но стоило колонне выступить нз ворот, как мятежники открыли огонь. Вспыхнул бой, в котором все мужчины-британцы были перебиты. Уцелевших женщин и детей поместили в тюрьму. Однако в июне пришло известие о приближении правительственных полков. Тогда отдан был приказ покончить со всеми заключёнными. Сипаи не захотели стрелять в женщин и детей и поручили мясникам, пригнанным с базара, зарезать их ножами. Трупы побросали в колодцы.[393]

Только в сентябре крупный отряд британцев из Пенджаба подступил к Дели. Артиллерийская подготовка длилась неделю, потом начался штурм. Под градом пуль и картечи атакующие врывались через бреши пробитые в стене, и яростный бой продолжался на улицах. Жажда мести обуревала войска, и они не пытались отличать бунтовщиков от местных жителей.[394]

В ноябре двадцатитысячная армия мятежников подошла к стенам города Канпур. Но генерал Колин Кэмпбел, только что освободивший другой город, поспешил на помощь и рассеял нападавших. Освобождение городов ещё не означало конца войны. Военные операции продолжались вплоть до мая 1858 года. Многим лидерам мятежа удалось ускользнуть. Мятежникам, попавшим в плен, устраивали показательные казни: под звуки военного оркестра их приводили на площадь, привязывали к дулу заряженной пушки и производили выстрел. Других просто вешали без суда и церемоний.[395]

В результате мятежа в Индии погибло около 11 тысяч британцев. Число погибших индусов определить невозможно. Страна была покрыта разрушенными городами, сожжёнными деревнями, опустевшими полями. Решено было произвести серьёзную реформу в управлении колонией. Всё командование войсками, включая и теми, которые были наняты Ост-Индской компанией, переходило к губернатору. Соотношение численности британских солдат и сипаев устанавливалось один к двум (70 тысяч и 140). Вся артиллерия передавалась под контроль европейцев.[396]

Во время восстания индийская знать, владевшая землёй, оставалась лояльной или нейтральной. Британское правительство всячески старалось показать этим князьям и принцам, что их благоденствие входит в круг задач колониальных властей. В своём манифесте королева Виктория объявила, что «твёрдо веря в истинность христианского учения, мы никогда не станем навязывать наши религиозные верования другим подданным».[397]

Впоследствии индийские историки склонны были изображать мятеж 1857 года как первую войну за независимость. Им возражал Уинстон Черчилль, указывавший на тот факт, что «три четверти сипаев оставались лояльными к своим командирам и участвовали в боях против мятежников… Должно было пройти почти сто лет, чтобы возникла идея единого и независимого государства Индия».[398]

Парижская коммуна

Есть ли другая столица на свете, кроме Парижа, которой довелось бы пережить столько кровавых потрясений? Осады, революции, штурмы, перевороты, террор… Начало 14-го века — пытки и казни рыцарского ордена Тамплиеров; потом — Столетняя война с Англией; в 16-ом — война с гугенотами и Варфоломеевская ночь; в 17-ом — Фронда, а затем террор после отмены Нантского эдикта; в 18-ом — Великая революция и якобинцы с гильотиной; в 19-ом — русские казаки на набережных Сены, а потом революции в 1830, 1848, 1851. И вот, наконец, в 1871 — победоносная прусская армия идёт по Елисейским полям парадом, а месяц спустя, ей на смену являются коммунары, которые грозят разрушить весь фундамент государственного здания.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное