Ученые очень хорошо показали истоки этого унизительного страха: ведь всегда было – если «бросает» – это смерть! Почти верная мучительная смерть! Одной не выжить!

Парадокс – но страх разрыва заставляет женщин вести себя так, что они провоцируют разрыв. Множество женщин в истории Земли потеряли мужей (которых искренне любили) именно потому, что устраивали им сцены ревности, психовали и мучили.

Ведь для мужчин такое поведение обычно читается так: подруга нытьем и вторжением в его приватную сферу хочет добиться для себя большей власти, большей зависимости мужчин, лишить самостоятельности.

Для мужчин важно понять, что девушки, женщины ведут себя так не потому, что хотят нас покорить и «победить», заставить принадлежать только себе. Это сказывается долгий, слишком долгий опыт зависимости.

Мозг и эмоциональная жизнь

Иногда состояние влюбленности считают неким пережитком – состоянием, которое мы получили от животных предков. Ничего подобного! Наследие животного мира – скорее те дружеские чувства, которые питают друг к другу и животные, и люди, долго живущие в паре. А вот состояние влюбленности – вовсе никакое не наследие, это чисто человеческая способность.

Только человек способен безумно увлекаться представителем другого пола – до забвения самосохранения, еды, заботы о детенышах. Животные на турнирах дерутся за самку? Да… Но не за данную конкретную самку, а за текущую самку вообще. За право ее покрыть (и быстро забыть о ее существовании). Не будет этой – самец легко утешится с другой. И самка легко найдет себе другого самца – тоже большого, тоже ярко окрашенного и шумного.

Животные в пору «свадеб» страстно влюблены во всех самок (самцов) своего вида. Человек же, при всех его недостатках, увлекается небольшим числом людей другого пола, и он намного более верен и предан им, чем любые другие животные.

Люди приписывают животным индивидуальную влюбленность – в одного, своего, особенного. Это они переносят на животных человеческие особенности.

И ведь дело не только в самом состоянии влюбленности. Культ влюбленности, вообще пол пронизывает всю культуру человека. Это и сложное, продолжительное ухаживание со своими ритуалами, условностями, знаками, танцами. Это серенады и дуэли, продолжительные разговоры и прогулки, традиции уединения влюбленных и наше покровительственное отношение к ним. Это любовная поэзия. Это огромный пласт литературы на эти темы. Это живопись – от сложных сюжетных картин и пухлых амурчиков на потолках дворцов XVIII века и до непристойных рисунков, которые делают в сортирах неполноценные люди. Это скоромные анекдоты и легенды о Ярославне, плачущей на крепостной стене Путивля.

У нас часто получается так, что «чисто человеческое», идущее от разума, – это рациональное. Все, что от эмоций – недочеловеческое, примитивное, грубое… Как бы простительное для умного человека, но глубоко необязательное.

НЕТ!

Развитие мозга – это развитие не только способностей к рациональному мышлению, но и к переживанию эмоций. Причем ко все более сложному, все более индивидуальному, все более утонченному. Чем сильнее развит мозг – тем сильнее рациональное мышление. Но одновременно с этим тем сильнее и эмоциональная жизнь.

У примитивных племен половая жизнь и не груба, и не утонченна – она просто физиологична. Чем сложнее культура, тем больше утонченности, усложненности, надуманности.

«Любви нас не природа учит, а первый пакостный роман» – уверял Пушкин. Все верно, только почему сразу «пакостный»? Существует огромный пласт скорее романтичной, чем пакостной литературы, и на этой литературе мы действительно учимся. В том числе на поэзии Пушкина. Написав «Гори, гори письмо любви», «Я помню чудное мгновенье» и «Капитанскую дочку», Пушкин очень помог половому воспитанию молодежи.

Сексуальность дворянина не слабее крестьянской, пол занимает в жизни англичан, немцев и русских не меньше места, чем в жизни бушменов… Но все более сложно, опосредованно культурой, более утонченно и увлекательно.

И при сравнении отдельных людей, живущих в одной и той же культуре, говорящих на одном языке – все так же. Малоизвестный факт: все крупные ученые одновременно и люди сильных страстей. На примере Пушкина, других писателей и поэтов это еще известно, но и ученые точно таковы же. «Страсти» могут быть выражены в очень разной форме, в том числе в самой приличной и приемлемой для общества. Владимир Иванович Вернадский всю жизнь страстно любил свою законную жену, например. Тем не менее сильные чувства для него были полной неизбежностью: слишком умен, слишком развит мозг.