— Пошлите, говорю! — потянула его за руку фея. Это было как в той сказке, которую читала мама. Фея, которая приходит по ночам, берет за руку и уводит в открытые окна. — Показать вам кое че хочу!

Глава девятая. Тайна Тети Патти

— Ты как сюда залезла? — обалдел граф, помня, что его окна находятся достаточно высоко.

— Ой, да бросьте! Вы никому не скажете? Я много чего умею! А ты думаешь, чего это мы жандармов не зовем? — шепотом пояснила фея, а на ее босых ногах была пыль. Платье было порвано справа и завязано узлом.

— Это тайна? — удивился Венциан.

— Да, глист корсетный! — дерзко ответила фея, осматриваясь и неумело целуя его в губы. — Теперь вы никому не растреплете?

После такого Венциану еще сильнее стало казаться, что это — сон. Но его уже тянули в окно. Платье прошуршало вниз, а фея ловко спрыгнула с подоконника, пока граф выбирался, повиснув на руках.

Он приземлился на землю, чувствуя, что его куда-то тащат. В том конце сада он не бывал. Да и незачем!

— Никому! Могу поклянуться, — улыбнулся Венциан, прикасаясь к нежным губам. — Как видишь, я поклялся. Теперь можешь показывать!

— Ну? Как вам картинка? — заметила фея, раздвигая заросли. Венциан был уверен, что это — сон. Он видел красивые кусты роз и целую поляну цветов. Даже ветки деревьев, казалось, цвели. Только присмотревшись, он понял, что это вьющиеся розы ползут наверх, оплетая каждую ветку.

— Это невероятно, — прошептал граф. — Что это за место? Это ты все посадила?

— А кто еще? — гордо ответила фея. — Мышь волосатая пришла и все вскопала? Вот этими ручками! А вы еще спрашиваете, скокмо стоит картинка! Уж не дороже ентого! Он всего лишь кистью мазал — махал, а я лопатой, блоха пучеглазая! Ой! Так че?

— Конечно дороже, — ответил изумленный Венциан, упуская то, что саженцы были украдены у него самого.

Они гуляли по саду, пока граф понимал, что с каждой минутой призрак становится все страшнее отпускать. Несколько раз он пытался аккуратно завести разговор о матушке Сюзанны, намекая, что бастардам не рад никто. И шансы, что матушка будет рада ее видеть равны нулю.

— Представь себе, — послышался голос Венциана. — Ты замужем. У тебя есть муж и дети. А тут на пороге стоит девица и громко заявляет, что она — твоя незаконно рожденная дочь! Ошибка молодости! Тут же стоят дети, муж. Ну разумеется, она не броситься тебе на шею и не станет обнимать! Она может сказать что-то вроде: «Ах, я не знаю, о чем вы!». И попросить дворецкого выпроводить вас за дверь.

В глазах Сюзанны стояли слезы, которые так и хотелось осушить поцелуями.

— Но надежда, конечно, есть, — заметил Венциан. — Ты что-нибудь помнишь о ней?

— Че я могу помнить? Ни как ее звали, ничаво! — пожала плечами фея. — Просто карэта прискакала, меня отдали и мешок с деньгами сунули. Вот и усе!

— Не расстраивайся, — обнимал ее Венциан, понимая, что результат известен заранее. — Мы попробуем ее найти.

Мисс Миракл следила за каждым занятием и кхекала, когда ей что-то не нравилось.

Зато ночью, в незакрытое окно они уходили в сад, чтобы сидеть на скамейке или качаться на качели, которую Сюзанна сделала своими руками. Казалось так продлиться целую вечность.

— Пора разучивать танцы! — строгим голосом заметил Венциан, глядя на Сюзанну. До бала оставалось два дня.

— Извините, а могу ли я попить воды, ах! — послышался голос феи. Мисс Миракл принесла стакан, отдавая красавице.

— Благодарю! — ответила она, осторожно, словно боясь, что ее отравят делая глоток. Сейчас сложно было сказать, кто это? Избалованная герцогиня, которая привыкла вести себя так, потому что в ней души не чают. Или хорошо обученная замухрыжка с улиц Авильона. И это не могло не радовать!

— Танцы — это игра! Главное, вовремя отдернуть ногу, пока ее не отдавили! — заметил Венциан. — Девушка кладет руку на плечо мужчине. А мужчина на талию!

— А че это я должна на плечо класть? — спросила фея, поглядывая на нянюшку. Вчера в саду она призналась, что няня учит с ней, как правильно выговаривать слова. — На … талию…

— Проще! — подсказывала няня, чинно попивая чай. Венциан вздохнул, бросая взгляд на надсмотрщика.

— Пусть ентот… — замялась фея, сопя.

— Этот, — поправила няня, размешивая чай. — Этот мужчина!

— Этот мужчина руку кладет на плечо, ах! — выдохнула фея, показывая каких неимоверных усилий ей стоила эта фраза.

— Просто у мужчин на женщин рука не поднимается, — замети Венциан, делая шаг на красавицу. — Ногу убирай! Молодец! А если так?

Из всего, чему ее учили танцы понравились ей больше всего.

— Не наступишь! — хихикала она, отводя ногу назад. Со стороны получалось очень неплохо. Даже блестяще! Если вспомнить, что это был первый танец.

Дверь открылась, а в зал вошел дворецкий.

— Сэр, к вам ваш друг Бенджамин Беранже! — произнес старик. — Простите, если потревожил. Бенджамин уже маячил за спиной дворецкого, а потом поднырнул и влетел в зал. На секунду он остановился и смущенно покраснел до кончиков ушей.

— Простите, мадемуазель, — стушевался Бенджамин, чувствуя себя неловко. В его руке была какая-то бумага. — Извините…