Читаем Фата-моргана (СИ) полностью

Сама идея по строительству этого мемориала, конечно же, была идея благородная. Идея, которая достойна всякого уважения. Но...! Этот памятник строили в черте города и когда экскаватором рыли котлован под его фундамент, то увидели, что на этом самом месте, когда-то было людское кладбище. Многие люди, в том числе и Максим, видели, как на зубьях от ковша экскаватора развевались длинные, чёрные человеческие волосы (скорее всего женские...), как выкапывались, выдирались из земли кости умерших людей, которые потом мальчишки, просто швыряли и пинали по дорогам, их останки, и не до конца и не полностью истлевшая одежда. Надо было прямо сказать, зрелище было, мягко говоря, ужасающим. И, скорее всего, многие из пока ещё живущих в настоящий момент людей, видевшие весь этот вандализм, скорее всего, без особой радости, представили себя, на месте этих умерших "товарищей...".

Максим был уверен в том, что те, геройски погибшие воины, которым таким вот образом, уделялось внимание местными идиотами, и воздвигался этот памятник Славы, в своих гробах перевернулись, и, причём неоднократно. Но это "строительство", прекращено не было и этот "памятник" в городе, стоит до сих пор. Памятник нашего бесславия, невообразимой тупости и преступно-неуважительного отношения к умершим, когда-то людям.

- Ну почему людские захоронения не организовывают где-то вдалеке от городов и больших населённых пунктов... - думал Максим - Почему их стараются "построить...", чуть ли не у себя под носом, или своим окном, чтобы через какое-то время, забыв о том, где оно находится, топтаться и ходить по костям своих далеких предков, родственников, своих друзей, товарищей и знакомых! Ну почему...!? Почему всё это происходит? Почему какое-либо промышленное строительство, если возникает в этом необходимость, не начинается на месте расположения кладбища, только лет через двести, триста, четыреста с момента его закрытия, то есть тогда, когда человек, как ему и положено, действительно станет прахом земным. Что, разве земли не хватает...!? Так не разбазаривайте её...! Не ваша она, много неуважаемые мной политики...! И погребённому в землю человеку, абсолютно безразлично, где и в какой земле он будет лежать. Будь то чернозем, глина или песок пустыни. Но ему, даже умершему, далеко не всё равно, будет ли он спокойно лежать в ней, или его тоже когда-то, благодаря каким-то варварам типа "демократа" Беспутина, станут пинать по этой земле, как футбольный мяч, по всему стадиону.

- Дааа...! - во многом разочарованный и расстроенный от своих невесёлых воспоминаний из прошлого, и от увиденного им сейчас, домысливал Максим - Выходит, как ни крути, а человек то наш, разудалый наш "хомо сапиенс", и к Земле-Матушке, и к самому себе относится точно так же, как относится к падчерице, отчим или мачеха.... Если сказать очень мягко, то относится к ней, без всякого уважения! А если говорить так, как оно есть, то..., лучше, наверное, вообще ничего не говорить...!

А с другой стороны, на то он и отчим, на то она и мачеха...! Хотя "падчерице...", от этого, нисколько не легче!

И дело совсем не в том, кем ты был на этой Земле, а всё дело в том, что ты полезного сделал для людей. Имя Иисуса Христа, будет Божественной музыкой звучать вечно, потому, что он думал о Людях, а не о Себе и ради их спасения пожертвовал собой. И у него нет ни баснословно дорогого памятника на могиле, (эта привилегия принадлежит только вороватому человеку...) и нет даже самой могилы. Но при этом Иисус Христос будет в людской памяти жить Вечно, а человека, возможно будут помнить всего лишь семьдесят пять лет..., (а в реальности, на практике забывают гораздо быстрее...) пока это кладбище не снесут вместе с мраморными и гранитными памятниками, склепами и колоннами, золочеными усыпальницами и другой ненужной кладбищенской атрибутикой.

Максим сидел на трухлявом пеньке и думал о том, что после своего ухода, из этой, во многом развлекательно-познавательной Жизни, он ни в коем случае не хотел бы быть зарытым в сырую землю, на радость могильным червям, а хотел бы быть сожжённым на костре и что бы его пепел был развеян над вечно зелёной красавицей тайгой и обязательно на Урале. Максим так же, был категорически против того, что бы у него была какая-то могила вообще, а на ней какой-то памятник и его имя на нём. Ничего этого он решительно не хотел. Ни похорон, ни памятников, ни поминок, ни каких-либо других пьянок и гулянок, связанных и проводимых после смерти человека. Всю жизнь Максим наблюдал и видел одно и то же, это то, как люди, всеми доступными им способами цепляются за людскую Память живущих после них, за то чтобы их Помнили и как можно дольше. Желательно, что бы помнили вечно. Максим считал это устремление людей, большой глупостью, которая определялась, формировалась и укреплялась в их сознании, в течение всей их жизни, в виде какого-то животного страха, вызванного перед своей собственной кончиной и своим вечным забвением.