Читаем Фата-Моргана №9 полностью

Толстяк Буко стонал и жаловался на каждом шагу, но, тем не менее, не отставал от лучших воинов. Озорной, вечно что-то напевающий Горза, которого все называли не иначе как Лис, со своим закадычным дружком, большим волосатым Джо, громко приветствовал Карла. Мартун-охотник, стройный, бесшумный, одетый в оленью кожу, шагал большими, пружинистыми шагами, в каждом шаге — ярд. Рядом с Мартуном шел Черный Дон с Юга, который обосновался здесь несколько лет назад и привел с собой на войну шестерых сыновей. Ни тот ни другой не разговаривали, но, тем не менее, прекрасно понимали друг друга.

Богатый и бесшабашный молодой Дик на полуприрученном жеребце хотел было зацепить Карла ножнами меча. Но фермер Рогг, который хотел только, чтобы его оставили в покое и ехал сражаться ради своих угодий, призвал его вернуться в строй. Растягивающий слова, добродушный старик Энзи, ткач, любивший Карла и настроенный миролюбиво, поддержал Рогга.

Карл знал их всех. И многих других. Они были его плотью и кровью, частью этой просторной, зеленой земли, и, казалось, сам Дэйлз, сама земля поднималась в гневе против чужестранцев. Да, это было достойное зрелище, более достойное, чем войско полудиких ланнов, несмотря на все их мужество и воинское искусство. Карл внезапно растрогался.

Что, если магия Сити подвела его?

Что, если мертвая рука табу навсегда закрыла от него то чудо, которое он видел? Ну что, наступят другие дни, откроются новые пути. Карл, подпевая воинам, поехал к отцу.

Ленард, ехавший в окружении четверых стражников усмехнулся ему.

— Ты, кажется, чувствуешь себя уверенно, дружище, — сказал он.

— Верно! — Карл махнул рукой на ряды людей за спиной. Посмотри туда, неужели ты действительно думаешь, что этот народ, за спиной которого остались домашние очаги, уступит вам?

— Так оно и будет. — Ленард покачал головой. — Тебе еще нужно многому научиться, Карл. Сила и мужество — это еще не все. У ланнов они тоже есть, но кроме этого у них есть еще знание способов ведения войны. Ты можешь быть таким же сильным, как, скажем, кузнец, но даже если это так, ты не сможешь выполнить его работу, поскольку у тебя нет его умения.

— Дэйлз побеждал других врагов, — вгорячах возразил Карл. Ленард улыбнулся и ничего не ответил.

В полдень армия устроила небольшой привал, повара приготовили еду. Потом она двинулась дальше. Пришла усталость. Больше не было слышно ни разговоров, ни песен. Угрюмый марш через горы, переправы, через ручьи и реки продолжался, казалось, бесконечно, и, когда Ральф протрубил сигнал становиться лагерем, раздался единый вздох облегчения.

Костры мерцали и светились в спускающейся ночи. Прохаживались караульные, зевая и в ожидании смены наблюдая медленное кружение звезд. Ральф при тусклом красном свете умирающего пламени изучал карту и тихо совещался со своими командирами. Карл старался не спать и слушать, но глаза у него затуманились, он вытянулся под одеялом и уснул.

Весь следующий день шел дождь, и, пробираясь по раскисшим дорогам и полям, солдаты что-то бубнили себе под нос и чувствовали себя несчастными. В ту ночь грохотали барабаны Докторов, отгоняя дьяволов лихорадки.

На третий день армия Ральфа вступила в Скарпию, дикую северную провинцию, принадлежащую племени. Здесь было немного жителей. Лишь изредка на фоне гонимых ветром облаков возникала одинокая хижина, заросли деревьев на крутых неровных горных склонах становились все гуще и мрачнее. Черные стаи ворон кружились над головой. Время от времени одинокий орел раскидывал громадные крылья над людьми, да олени и дикие пони попадались на дороге. Люди карабкались по высокими голым глинистым берегам, переходили вброд плещущие реки, прокладывая путь сквозь спутанный кустарник, шли по бездорожью, многие тряслись и бормотали заклинания при виде мрачных серых камней, нагроможденных много лет назад дикими лесными бродягами. Но все шли дальше…

В полдень Карл ехал рядом с вождем, когда к ним подскакал забрызганный грязью, задыхающийся всадник. Он выдохнул только:

— Впереди ланны!

— Далеко? — выпалил Ральф. Сердце Карла дико заколотилось, потом успокоилось и забилось часто, но ровно.

— Две—три мили, — ответил разведчик. — Они стояли лагерем на берегу большой реки. Их тысячи. От них черным-черно.

— Что ж… — Ральф повернулся к охране с мрачной улыбкой. — Будем идти вперед. Передай это людям.

Когда сообщение шло по рядам, Карл мог наблюдать, чуть ли не чувствовать в людях внезапное напряжение. Они смотрели друг другу в глаза, не зная, сколько восходов и закатов они смогут еще увидеть, сжимали оружие, лошади чувствовали замешательство своих хозяев и храпели.

Командиры гудели в рожки, и нестройные ряды выравнивались. По сторонам потянулись колонны верховых, объезжая мрачный лес. Монотонный ритм движения нарушился, воины устремились вперед, ускоряя шаг.

Карл наблюдал за Ленардом, который сидел меж стражей и внимательно следил за приготовлениями.

— Они узнают, что мы приближаемся, отец, — сказал юноша.