Читаем Фата-Моргана №4 полностью

— Этим займусь я. У вас будет подходящий импрессарио. Ему тоже будете платить десять процентов с девяноста процентов общей суммы ваших доходов, потому что он не должен знать… Никто не должен знать о соглашении между нами. Вы уменьшите декларацию доходов на его десять процентов, а на мои — нет, потому что они будут передаваться из рук в руки. Будем договариваться?

— Согласен, — решился я.

В этом я был совершенно искренен. В отчаянные минуты мне приходили в голову мысли подкупить импрессарио. Я готов был отдать ему двадцать, а то и пятьдесят процентов, только бы он вывел меня в люди. Я даже открыто предлагал это в тех случаях, когда мне удавалось прорваться в контору. Меня выкидывали за дверь без сожаления.

— О чем еще мы условимся?

— Пожалуй, только об одном: мы не заключаем никакого письменного соглашения, поэтому вы дадите мне честное слово, что не отбросите меня после того, как я помогу вам стать звездой. Вот что конкретно я предлагаю. В течение первого года мы можем аннулировать наш договор. Если же доход за этот первый ваш год достигнет или превысит двадцать пять тысяч долларов, наш договор останется окончательным и нерушимым. Договорились?

— Да.

Как бы я ни старался на актерском поприще, мои усилия еще не принесли мне и сотни долларов. Двадцать пять тысяч — это было из области мечты.

Даже если он спятил, я не рисковал ничем. Еще я понял, что сегодня он не собирался отправлять меня в тюрьму. Я встряхнулся и вернулся с небес на землю. В кармане у меня все еще лежал его бумажник. Я его достал.

— Я хотел бы возместить то, что…

— Ах, да, — вздохнул он. — Детали всегда меня угнетают. Давайте покончим с ними как можно быстрее. Поведайте мне, что вы предприняли, как только нашли бумажник.

Я выдал ему полный отчет обо всех исторических событиях этого вечера и положил бумажник на стол.

Роско взял его, вытащил оттуда деньги и сунул бумажник в карман.

— Итак, что мы имеем? Вот эти пятьсот тридцать пять долларов принадлежат мне. Я даю их вам взаймы. Сейчас вы отведете взятый на прокат «крейслер» и вернете им пятьдесят долларов наличными. Счет, подписанный вами моим именем в ресторане, забудем, будем считать, что я угостил вас обедом. Итак, на работу в погребок не ходите больше. Можете снять в Голливуде студию с квартирой. Прямо сегодня вечером этим и займитесь. Далее. Как у вас с гардеробом? Костюм на вас вполне приличный, однако, если это лучшее, что у вас есть, то завтра же купите новый, да и аксессуары к нему тоже, Кстати, купите черную кожаную куртку мотоциклиста и джинсы, если их нет у вас.

— Куртку? Зачем?

— Слушайте, что я вам говорю. Стойте-ка. — Он достал свой зажим с банкнотами, отсчитал восемь сотенных и протянул мне. — Будете должны мне на восемьсот долларов больше. Вам нужно купить машину. Концы будут у вас приличные: то в Универсалсити, то в Колвер-сити… Голливуд, конечно, центр киноиндустрии, но не вся она в нем сосредоточилась. Подержанную машину можно купить за пятьсот долларов. Через несколько месяцев купите новую, а старую продадите. Что же еще?.. Скажите, Билл Трент — ваше настоящее имя?

— Нет. Настоящее — Билл Биллер.

— Забудем его. Как договорились, теперь вы Брик Бренной. Теперь все. Завтра вы мне позвоните около полудня. Обязательно, это уже работа. Номер моего телефона есть в телефонной книге, а имя мое вы вряд ли забудете, вы так потрудились, чтобы даже расписываться, как я, — здесь он позволил себе слегка улыбнуться.

Весь вечер я был занят, правда, не тем, что задумал в самом его начале. До Дерби я доехал на такси, взял со стоянки свой «крейслер», поехал на нем обратно в Санта-Монику. Там мои объяснения никого не интересовали. Взяв обратно пятьдесят долларов, которые давали мне взаймы, служащий порвал подписанный мной чек. Я упросил его взять на хранение мои чемоданы и пешком отправился покупать машину. Бродил я недолго. На одной из стоянок был на продажу вполне приличный «рамблер». За него просили пять сотен. Я опробовал его, объехав на нем вокруг квартала, поторговался по привычке и, сойдясь на четырехстах пятидесяти, отдал наличными. Потом я забрал чемоданы и рванул в Голливуд. Я успел туда достаточно рано, чтобы заняться поисками квартиры. Мне удалось и это. Я отлично устроился: жилье, место для стоянки «рамблера», душ, услуги телефонистки — все это за сто пятьдесят долларов в месяц. Время тянулось странно медленно, вечер никак не кончался. Я завершил все дела задолго до того часа, когда по моему первоначальному плану дело могло дойти до девушки. Чувства мои были смятены, я вымотался до предела. Меня хватило только на то, чтобы распаковать чемоданы. После этого я свалился в постель. Сначала чересчур возбужденные нервы не давали мне уснуть. В изнеможении я лежал с открытыми глазами. Постепенно стало приходить успокоение, и сон охватил меня.