Читаем Фашистская Европа полностью

Президент Гинденбург был совсем плох. Сын Оскар и секретари выступать против нацистов не смели. А кроме них возле больного президента дежурил военный министр фон Бломберг. С Гитлером он в полной мере нашел общий язык, достиг соглашения о грядущем возрождении армии. Расправа со штурмовиками тоже удовлетворила Бломберга и остальных генералов. Поэтому Гинденбургу события доложили под соответствующим соусом. Дескать, готова была вспыхнуть революция, но канцлер оказался умницей, подавил ее. Президент послал Гитлеру телеграмму с выражением «признательности и искренней благодарности».

А фюрер издал приказ для разгромленных штурмовиков, бичевал «тех революционеров… которые потеряли всякое представление об общественном порядке и, посвятив себя революции, захотели, чтобы она длилась вечно». Руководить СА был назначен группенфюрер Далюге, численность штурмовиков сокращалась втрое, до 1,5 миллионов. Их задачи ограничивались военным обучением населения и воспитанием молодежи. А «выдающиеся заслуги» СС были отмечены. 20 июля Гитлер вывел их структуры из состава СА, отныне Гиммлер подчинялся только фюреру.

Как бы то ни было, оппозицию раздавили вовремя. Гинденбургу становилось все хуже, и было ясно – его дни сочтены. Германия затаила дыхание – что дальше? В пивных, в светских кулуарах, в иностранных посольствах строились прогнозы: что предпримет президент напоследок? Он же был монархистом! При жизни вынужден был терпеть навязанные ему республиканские порядки, но вдруг перед лицом вечности проявит себя? Совершит последний подвиг? Ходили слухи, что Гинденбург назначит своим преемником кого-то из принцев прежней династии – Августа Прусского или Оскара Прусского…

Конечно, в предсмертном тумане президент и впрямь был способен учудить что-нибудь непредсказуемое. Но подобную возможность исключили. В Нойдеке, поместье Гинденбурга, Гитлер и Бломберг мелькали в эти дни постоянно, по очереди или вместе. А охрану Нойдека Гитлер сменил, прислал эсэсовцев. Бойцы «Ляйбштандарте» перекрыли все подступы. Отныне без их контроля из поместья не могла просочиться никакая информация. 1 августа, даже не дождавшись кончины Гинденбурга, Гитлер издал закон о совмещении функций рейхсканцлера и президента. Бломберг тоже поставил под ним свою подпись – военным (да и гражданским) чинам дали понять, что с армией подобная перемена согласована.

Вот так и начался Третий Рейх – «третья империя». Первым номером посчитали средневековую «Римскую империю Германской нации», вторым – прусскую империю Гогенцоллернов, рухнувшую в 1918 г. Но Третий Рейх рождался без королей, без императоров. Вместо них утверждалось понятие «фюрер» – «вождь». Раньше его употребляли внутри нацистской партии, а теперь внедрили на государственном уровне. 2 августа 1934 г. Гинденбург преставился, и для частей Рейхсвера была организована присяга по новой форме. Не государству, не народу, а персонально Гитлеру: «Я клянусь перед Богом безоговорочно подчиняться Адольфу Гитлеру, фюреру Рейха и германского народа, верховному главнокомандующему..»

Он и впрямь достиг такой же власти, как у императоров. Раныне-то президент сохранял право сместить его – теперь снять Гитлера не мог никто. Он сам устанавливал законы и определял политику. Подобные перемены надо было как-нибудь обосновать, и 12 августа было оглашено завещание Гинденбурга. Иногда его считают подложным, но оно могло быть и подлинным. К концу жизни старик подписывал все, что ему подсунут. А в завещании его надежды на возрождение Германии связывались с Гитлером. Но фюрер отнюдь не хотел выглядеть узурпатором! 19 августа он провел плебисцит, одобряет ли народ концентрацию власти в его руках. А народ был рад без памяти, что Гитлер обуздал штурмовиков! Да и мечты о великой державе будоражили сердца, вызывали ностальгические слезы.

Гитлер получил поддержку подавляющим большинством голосов, 38,4 миллиона против 4,3 миллиона! Однако поддержали его не только немцы. Британская газета «Дейли Мейл» писала: «Выдающаяся личность нашего времени – Адольф Гитлер… стоит в ряду тех великих вождей человечества, которые редко появляются в истории». Гитлером восхищался Ллойд Джордж, приезжал к нему в гости. Видный американский политик С. Уоллес в книге «Время для решения» провозглашал: «Экономические круги в каждой отдельной западноевропейской стране и Новом свете приветствуют гитлеризм».

Между прочим, 1 августа 1934 г., в тот же самый день, когда родился Третий рейх и Гитлер превратился в единовластного хозяина Германии, произошло еще одно событие.

В соседней Швейцарии был принят беспрецедентный закон о тайне банковских вкладов. Отныне информацию о вкладах и банковских операциях в Швейцарии стало нельзя раскрывать никому. Даже по решению суда, даже для следователей и правительственных чиновников! Отныне никто и никогда не мог узнать, какие средства и откуда потекут на вооружение Германии. А потом потекут из Германии…

Третий Рейх