Читаем Фашистская Европа полностью

Однако имеет смысл отметить, что все заигрывания с Италией оказались тщетными. Во-первых, Англии и Франции приходилось хотя бы на словах осуждать действия дуче. А Гитлер их откровенно одобрял. Показывал, что он-то и есть настоящий друг. Стало быть, в союзе с ним Италия может рассчитывать на большее. Во-вторых, «миротворцы» подарили Муссолини несколько месяцев для разгрома Эфиопии. Этого должно было хватить! Современная артиллерия, стаи боевых самолетов, танки! А против них толпы необученных и кое-как вооруженных ополченцев! Командиры – местные вожди и феодалы, действовали сами по себе. Приказов императора не слушали. Некоторые вообще уклонялись от боев или переходили на сторону врага.

Муссолини надеялся, что победа будет быстрой, даже провозгласил сам себя верховным главнокомандующим. Но не тут-то было! Итальянская армия проявила себя отвратительно. Дисциплина у нее оказалась еще хуже, чем у эфиопов. Чернорубашечники считали себя привилегированными частями, ссорились с армейскими. Экипировка солдат была плохой, снабжение – еще хуже. Интенданты воровали. Войска не получали вовремя продукты, фураж, жалованье. Привыкали существовать грабежом, в полках и батальонах образовались оживленные базары «трофеев». Зато со стойкостью и храбростью у потомков римлян дело обстояло не лучшим образом. Эфиопским начальникам всего несколько раз удалось договориться между собой и организовать серьезные контрудары. Итальянцы этого не выдерживали. Обращались в бегство. Бросали орудия, пулеметы, оставляли захваченные города.

Муссолини приходил в ярость – это была его война! Персональная! Он пытался из Рима руководить сражениями, отдавать распоряжения. На месте, в Эфиопии, войсками руководил старый маршал Боно. Он никогда не возражал «верховному главнокомандующему», выслушивал, рапортовал «есть», но поступал по-своему. В декабре дуче сместил его. Новым командующим в Восточной Африке он назначил маршала Бадольо – которого считал более энергичным и верным себе. Но Муссолини не удовлетворился перестановками военачальников. Он отбросил Женевскую конвенцию: отдал приказ начать широкое применение запрещенного химического оружия.

На эфиопов обрушились иприт и фосген. Итальянские самолеты совершали полеты в глубь территории противника, распыляя баллоны газа над городами, дорогами, скоплениями войск. Артиллерия поливала эфиопские позиции химическими снарядами. Тысячи воинов умирали в мучениях, расползались больными. Местные племена охватывал суеверный ужас, катилась паника. Итальянцы стали продвигаться в глубь страны, расчленили ее армии на несколько частей.

Последняя крупная битва состоялась 31 марта 1936 г. Эфиопов было вчетверо меньше. Тем не менее первыми атаками они опрокинули итальянцев. Но императорскую гвардию почти полностью истребили артиллерией и с воздуха, двинули 276 танков, и все было кончено. Хайле Селассие выступил с отчаянным воззванием: «Народы всего мира не понимают, что, борясь до горестного конца, я не только выполняю свой священный долг перед народом, но и стою на страже последней цитадели коллективной безопасности… Если они не придут, то я скажу пророчески и без чувства горечи: Запад погибнет».

Нет, мировые державы на пророчество не отреагировали. На помощь погибающей Эфиопии не пришел никто. Правда, сами эфиопы отказывались покоряться, начали партизанскую войну. Но у итальянцев имелся богатый опыт усмирения Ливии. Они закрепляли владычество строительством концлагерей. А на очаги сопротивления направлялись карательные экспедиции. Непокорные селения сжигали, жителей сгоняли в лагеря. Если не считали нужным возиться, уничтожали на месте. Особенно свирепствовали чернорубашечники, зверствовали отряды африканских подданных Италии – резали, чтобы пограбить. Население разбегалось кто куда. Хозяйство было разрушено, в стране начался голод.

В мае 1936 г. итальянцы вошли в столицу, Аддис-Абебу. Итальянского короля Виктора Эммануила III провозгласили императором Эфиопии, ее объединили с Эритреей и Итальянским Сомали в Итальянскую Восточную Африку. Правда, о победе отрапортовали рановато. На самом-то деле итальянцы в данное время контролировали меньше половины страны. А император Хайле Селассие выехал за границу, самолично выступил на чрезвычайной сессии Лиги Наций. Но… ведущие мировые державы даже теперь его «не услышали». Махнули рукой. Какая разница, существует независимая Эфиопия или не существует? Даже формальные экономические санкции, введенные против Италии, через пару недель были отменены. Вроде как конфликт ушел в прошлое, зачем его ворошить?