— Там, брат, вошь на аркане. Была люба [63], да осталась в охранном отделении. Деру, деру!

Стодесятники покинули номера Искидарова в страшной спешке, даже носильные вещи бросили. Когда появились жандармы, там было уже пусто. Подполковник Карпов рвал и метал:

— На что мне подштанники Цецохи, вы мне его самого доставьте! Где преступники? Куда они могли скрыться? Чтобы весь город обыскали!

А масалки в это время прятались на Тарасовском армянском кладбище. Оно было не огорожено и не охранялось — заходи кто хочет… Поэтому в теплое время года там всегда укрывались бесписьменные. Кое-как беглецы продержались до темноты, а потом двинули в Ясную Поляну. Наняли баркас и переправились на левый берег Дона, отдав за это револьвер с полным барабаном. Наплавные мосты Ростова и Нахичевани соединяла дорога, которая вела потом на Шматов хутор. Там-то и поселились стодесятники, заплатив за ночлег последние деньги. Цецохо был в ярости: банда разом лишилась и средств, и оружия. О завоевании Ростова теперь нечего было и мечтать.

Глава 12

Будни неспокойного города

Лыков пришел на Рождественскую. Начальник охранного отделения предъявил ему трофеи: корзину с патронами и три винтовки.

— Вот, захватили их арсенал.

Сыщик взял огнеприпасы в горсть, потряс, высыпал обратно, и на ладони остались масляные следы. Он понюхал:

— Кажется, парафин с веретенным маслом?

— Да, — подтвердил Карпов. — Винтопатроны осаленные[64]. Это их в армии научили.

— А взять никого не взяли?

Подполковник вздохнул:

— Азвестопуло попал в номера раньше нас. Представляете, насколько ловкий? Отобрал у мещанина газомоторный велосипед, прямо посреди улицы. И умчался к своим. Успел эвакуировать банду до нашего приезда. Снялись они второпях, вещи и оружие побросали. Но запрятались так, что до сих пор найти не можем.

— Как все-таки Серега Сапер убежал из охраняемого помещения?

— Ему помогли. А вот кто — это пока вопрос. Но я узнаю!

— А ваш освед?

Карпов опять вздохнул:

— Полагаю, он с ними, сидит в тайном убежище. Когда даст о себе знать, мы изловим банду. Больше я с ними цацкаться не намерен. Все эти внедрения, агентурные игры — к черту. Взять всех разом, и дело с концом.

— То, что банда добыла в ломбарде, не отыскали случаем? — поинтересовался коллежский советник.

— Серебро они, видимо, забрали с собой.

— Штаны с винтовками забыли, а скуржу взяли? — с сомнением покачал головой Лыков.

— Винтовку по улице не понесешь, особенно если удираешь, — возразил жандарм. — А серебряные вещи сунул в карман и был таков.

— Сто двадцать восемь штук глухих мужских часов сунули в карман? И сорок дамских. А еще портсигары, запонки, мундштуки…

— Вы на что намекаете, господин командированный? — вспылил Карпов. — Что мои люди утаили их? Я лично руководил обыском у Искидарова. Ценностей из ломбарда там не было.

— Значит, на них банда попытается купить себе новое оружие. Тут их и можно отследить.

Жандарм сразу сменил тон:

— Алексей Николаевич, не откажите! Мы, помнится, договаривались о сотрудничестве. Реализовать краденое стодесятники попытаются через городских барыг. Тут вам и карты в руки! Сыскное отделение смотрит вам в рот. Не откажут ни в чем. А мне Блажков и половины скупщиков не откроет, недолюбливает он наше ведомство.

Питерец обещал помочь и, пользуясь моментом, попытался выведать у подполковника фамилию осведомителя. Но Карпов отказал наотрез. Лыков ушел недовольный. Ценностей на двадцать тысяч не нашли, банда сменила укрытие, и Азвестопуло пропал…

Ночью Сергей пришел к Лыкову в номер и рассказал, как ему удалось бежать из охранного отделения:

— Там у них, оказывается, давняя распря. Когда в прошлом году выбирали офицера на должность начальника, то рассматривали две кандидатуры. По всей Донской области розыскники разделились на «казаков» и «чугунков»…

— «Чугунки» — это кто служил на железной дороге? — сообразил Алексей Николаевич.

— Точно так. А Карпов был и там, и там. Он пришел в охранку с должности помощника начальника областного жандармского управления в Ростовском округе. Но до этого служил в Виндавском и Екатеринбурго-Челябинском ЖПУЖД [65]. То есть Сергей Георгиевич — породистый «чугунок», не чужой и «казакам». А его конкурент подполковник Лодинг сделал карьеру в губернских жандармских управлениях. Вот предпочтение и отдали Карпову, а Лодинга сунули к нему помощником. Тот страшно обиделся! А тут подвернулся я. Лодинг первым делом сообщил, кто меня выдал.

— Сдал секретного осведомителя? — не поверил своим ушам Лыков. — Арестованному бомбисту?

— Именно. Назвал Герасима Авцына как их агента в банде. А затем помог мне бежать.

— Как же ему это удалось? Карпов до сих пор не понимает.

— Меня отправили на дактилоскопию и оставили на секунду возле открытого окна. Лодинг подмигнул мне и отошел, его будто бы позвали в комнату. Полагаю, сценка была отрепетирована.

— И ты сиганул в окно?