Читаем Фартовый город полностью

— Ваше высокоблагородие! — с отчаянием заголосил старший агент. — Мы преследовали сбежавшего из отделения очень опасного преступника. А вы помешали! Мы… мы вынуждены сообщить по команде.

— Конечно, сообщайте, — одобрил сыщик. — Я как раз ехал к подполковнику Карпову. Давайте вместе и сообщим.

— Но вы же не дали мне задержать беглеца! — сунулся с упреками городовой.

— Ты лучше молчи, — оборвал его коллежский советник. — Стрелять в толпе, на бегу, запыхавшись… Давай устроим испытание: попадешь ты с десяти шагов в дом? А?

Служивый сконфуженно замолчал.

— То-то, дурак. Я сообщу о твоем проступке полицмейстеру Липко и градоначальнику Зворыкину. Они дадут оценку. Ты хоть знал, за кем гнался?

— Никак нет. Вижу — бегёт. Я за ним. Служба! А ён быстрый, да без шашки. С шашкой, ваше высокоблагородие, больно неудобно бегать!

— Бегёт… А если этот человек пятак украл? А ты за пятак пулю в спину? Мог и до смерти застрелить. Как бы потом в глаза его матери смотрел?

Городовой совсем смешался. Тут охранники взвыли:

— Ваше высокоблагородие, некогда болтать, надо беглого ловить!

— Ладно, черт с вами. Свободны.

Двое в штатском умчались в сторону Старого базара. Городовой посмотрел на них, на Лыкова и шагом вернулся на свой пост.

Алексей Николаевич, изрядно повеселевший, переступил порог охранного отделения. Там царила суматоха. Крепкий осанистый подполковник с морщинистым лбом и эспаньолкой распекал подчиненных. При этом он использовал «лексические выражения времен Батыя»[60]. Увидев незнакомца с характерным взглядом, жандарм осекся:

— Вы ко мне?

— Коллежский советник Лыков из Департамента полиции.

Подполковник смутился:

— А это срочно? У нас, видите ли…

— Арестованный сбежал? Я видел, он сейчас мимо меня промчался. Это не Серега Сапер, случаем?

Карпов не нашелся, что ответить, и указал на дверь кабинета:

— Прошу. Желаете чаю? Мне бы сейчас, конечно, лучше водки стакан, но вам подадут чай.

Через пять минут мужчины уже разговаривали спокойно. Начальник охранного отделения сделал попытку заручиться поддержкой столичного чиновника:

— Вы уж там, на берегах Невы, того… Не очень смейтесь над нами, провинциалами. А то скажете не вовремя Трусевичу, как тут Карпов опозорился, и конец карьере. ДОЖУ[61] послало в корпус представление меня на полковника. Теперь могут и прокатить…

— Ну, убежал у вас подследственный, — примирительно ответил сыщик. — Думаете, они у других не бегут? Сейчас время такое. Я в прошлом году в Казани три месяца проторчал. У них там побег за побегом! В один день и даже час из разных тюрем сбежали двое опасных [62]. И никого не наказали, ничья карьера не пострадала.

Подполковник посмотрел на коллежского советника недоверчиво. В его взгляде так и читалось: пой, ласточка, пой… Но вслух он заявил:

— Да, в наше время никому нельзя верить. Так вы, простите, с какой целью пожаловали, Алексей Николаевич?

— Теперь уж ни с какой, Сергей Георгиевич. Я веду дознание насчет убийства некоего Корди…

— Чиновник особых поручений Департамента полиции занят рядовым дознанием в Ростове-на-Дону?

— А что вас удивляет? — невозмутимо парировал Лыков.

— Странно как-то. Или тут служебная тайна?

— От вас какие могут быть тайны, Сергей Георгиевич? В одном ведомстве служим. Я прибыл по личному поручению Максимилиана Ивановича…

— О!

— Велено проверить, как власти на местах справляются с последними вспышками бунта. Нет ли страха, немощи, усталости. Как ведутся дознания, нет ли упущений по форме и по сути. Кто как себя показал в трудные месяцы.

— О…

— Но поскольку я сыщик, а не ревизор, то попросил у Зворыкина дополнительно любое дознание на пробу. Чтоб не скучать. Ну и выпало мне убийство Корди. Могу его в любой момент бросить и уехать, моей командировке осталось сроку неделя. Но задета моя профессиональная гордость. Хочу закрыть дело, и тогда уж домой.

— Понимаю. Но ко мне-то с какой целью? Я про бедного бухгалтера только слышал. Это он вскрыл вены после того, как бандиты выкололи ему глаза?

— Да. А к вам я ехал, чтобы побеседовать — с вашего разрешения, конечно, — с Серегой Сапером. Англиченков вчера вечером сообщил, что вы его арестовали.

— Позвольте, — удивился жандарм, — какая связь между Азвестопуло и смертью Корди? Грек недавно лишь приехал из Одессы, где участвовал в громкой экспроприации в ювелирном магазине Цидлера. А непосредственные обидчики бухгалтера уже арестованы. С вашим участием…

— Вы хорошо осведомлены, — кивнул сыщик. — Но есть вновь открывшиеся обстоятельства. Дознание перешло на новую ступень. По данным ростовской полиции, грек связался с Чертовым отрядом из беглых стодесятников. Так это?

— Откуда мне знать? — пожал плечами Карпов. — Спросите Липко, а еще лучше Блажкова.

— Мы с Яковом Николаевичем ведем дознание сообща. И вот выяснилось, что Серега Сапер, одесский налетчик, теперь есаул Чертова отряда! И хочет отбить Ростов у известных вам братьев Царевых. Готовится война между двумя опасными бандами. Я хочу помочь моим коллегам раскассировать «царей», освободить от них город.