Читаем Фартовый город полностью

Вел фанатиков Дукчи-ишан, иначе Магомет-Али, религиозный идеолог бунта. Он утверждал, что имеет на руках письмо турецкого султана, в котором верховный правитель мусульман велит начать газават. Надо вырезать всех неверных, восстановить Кокандское ханство, жить только по законам шариата. Ишан раздал своим сторонникам волшебные палочки, которые якобы должны были защитить их от русских пуль. И сообщил, что, когда солдаты начнут стрелять, из их ружей вместо свинца будет вылетать вода… Но против пятой роты волшебные палочки не помогли. Восстание было быстро подавлено, сам Дукчи схвачен. Он утверждал на допросе, что письмо и подарок от султана — дорогой халат — получил от некоего хаджи Абу-Джалиля. Узнав о поражении, подстрекатель срочно сбежал в Кашгар, предъявив на границе китайский паспорт. Абу-Джалиль работал сразу на две разведки: английскую и турецкую. Он долго жил в Туркестане, ездил с места на место. И показывал всем желающим волос из бороды Пророка — в доказательство своей причастности к высшим силам ислама.

Власти жестоко наказали виновных. Дукчи-ишан и семнадцать ближайших его помощников были повешены, триста шестьдесят два бунтовщика сосланы в каторжные работы, на кишлаки наложен огромный денежный штраф, а часть их земель отобрана для раздачи русским поселенцам. Храбрый унтер-офицер Кухта был произведен в фельдфебели. А вот его сын сбился с правильного пути и сделался преступником. В том же Андижане он впервые отметился грабежом. Приговорен к арестантским ротам, из которых сбежал, и потом еще дважды попадался. Отсидел полтора года в Ташкенте, подался в Москву, участвовал там в двойном убийстве. Опять бежал, на этот раз из камер временного содержания Пресненской части, и стал профессиональным бандитом. Получил кличку Хан Иван. Когда сыскные взялись за него всерьез, перебрался на юг. При ограблении в поезде Владикавказской дороги убил артельщика и кондуктора. Организовал нападение на почтовый вагон, в результате погибли почтовик и три солдата охраны. А теперь командует у «царей» боевиками и ходит по Ростову не таясь…

Между тем, воспользовавшись временным затишьем, полиция занялась проститутками. Началось лето, и из внутренних губерний их приехало в город великое множество, причем со своими сутенерами. Большая Садовая, Таганрогский проспект и прилегающие переулки были забиты гулящими женщинами. Как следствие, участились кражи и грабежи. На Большом проспекте имелся смотровой пункт для проституток, но осмотр там проходила лишь одна из десяти. Медико-полицейский комитет запретил владельцам квартир свиданий пускать к себе клиентов в сопровождении гулящих. Также их стали выгонять из Городского сада после семи вечера.

Неожиданно отличился градоначальник Зворыкин. Он шел по бульвару, когда на его глазах вор сорвал с головы прохожего фуражку и побежал прочь — как раз мимо полковника. Тот ловко скрутил преступника и сдал подоспевшему городовому. Лыков шутя предложил Липко вынести градоначальнику благодарность в приказе по полиции…

Затишье было недолгим и кончилось новым взрывом преступности. В шесть часов утра 8 июня владелец кирпично-алебастрового завода Плугарев ехал в собственном экипаже на предприятие. Дорога шла вдоль Темерницкой балки. Неожиданно из нее вылезли четверо с револьверами. Они остановили пролетку, отобрали у заводчика золотые часы и бумажник, после чего исчезли.

Спустя два часа владелец мясной лавки в Новом поселении Митман взял пятьсот рублей и отправился на городские бойни покупать мясо. Он шел через Гарбузскин сад [39]. Вдруг из кустов раздались выстрелы. Пуля попала торговцу в висок. На шум прибежали ребятишки и увидели, как трое бандитов обыскали тело жертвы и неспешно двинулись к выходу. Дети пошли было за ними, но громилы пригрозили им револьверами… Атаман по приметам очень походил на Хана Ивана.

Вечером того же дня мещанин Драгунов возвращался к себе домой. Он жил на главной улице, Большой Садовой, и чувствовал себя в безопасности. Как выяснилось, зря. На крыльце собственного дома на него напали четверо. Повалили на ступени и отобрали серебряные часы на золотой цепочке и сто сорок пять рублей наличностью. На крики потерпевшего сбежались люди и кинулись за вентерюшниками. Те свернули на Московскую улицу, где столкнулись со сторожем Еременко. Приняли его за стражника ночной охраны и расстреляли в упор. Семидесятивосьмилетний старик погиб на месте. Настоящий стражник Алехин стоял в десяти саженях и наблюдал, не вмешиваясь, поскольку из оружия имел только палку.

Градоначальник собрал весь руководящий кадр полиции и спросил, что те намерены делать. Обыватели напуганы. За один день три нападения. Убит сторож, торговец с пулей в виске пока мучается, но не жилец. Начали грабить уже тузов-промышленников. Сколько еще это будет продолжаться?