Я долго стояла у дороги, глядя вслед дяде. Я смотрела на него, как на ангела, который унес все мои страдания, как на всадника, который мчался, словно ветер.

Глава 2

Проехав мимо города Гилянгарб в сторону города Касре-Ширин, преодолев расстояние в 20 километров, можно доехать до селения Гурсефид, названного так из-за белой почвы, которая распространена в этой местности. А в двух километрах от Гурсефида расположено селение под названием Авезин, в котором я родилась. Мое селение лежит среди холмов и гор, а вокруг него раскинулись большие луга, обширные поля и дубовые рощи.

В городе Гилянгарб проживают представители множества кланов, к которым относится каждая из семей. Всякий, кто захочет представиться, всегда сначала называет свой клан. Род Кальхор, к примеру, насчитывает 32 клана. Моя мама родом из клана Сияхчеле, а отец – Алирезаванди. Мама рассказывала, что слово «кальхор» образовано от слова «каль», что означает «олень», и «хор» – «солнце». Говорят, что с давних времен люди из этого клана, словно молодые лани, могут без труда подниматься вверх по горам.

Я родилась в 1961 году в курдской семье. Когда я расспрашивала маму о себе, она всегда в шутку говорила, что я была очень тихой и спокойной, когда родилась, но со временем что-то во мне изменилось, и я стала очень шаловливой и неугомонной непоседой. Порой из-за моего характера она называла меня волчонком.

В тех краях, где мы жили, наличие источника являлось большим преимуществом, и нам очень повезло, что в нашем селении имелся источник Авезин, который был большим благом для всех племен, проживающих в той местности. Сбегая с гор и протекая по нашему селению, этот источник орошал на своем пути луга и поля, поросшие зеленой благоухающей растительностью. В детстве мы очень много играли у этого источника и, беззаботно плескаясь в воде, проводили там уйму времени.

Жители нашего поселения были словно одна большая семья и относились друг к другу как к братьям и сестрам. Несмотря на то, что некоторые среди нас были богаче за счет того, что владели несколькими участками, а некоторые – беднее, большинство все же жили небогато. Наша семья принадлежала к числу бедных, и мы работали на богатых жителей поселения. Материальное положение человека можно было легко определить по одежде, по домашней утвари, продуктам питания и убранству дома. Порой, когда дым очагов соседских домов вместе с запахом домашней еды доносился до нас, мама тут же давала мне кусочек свежего хлеба с айраном или молоком, чтобы мне не захотелось той еды, которую ели наши соседи.

В силу того, что климат в наших краях засушливый, а лето, как правило, выдается очень жарким, большинство жителей занимается сельским хозяйством, а также разведением скота. В те времена отдых людей заключался в ночных беседах вокруг костра. Мужчины сидели отдельно, пили чай и делились новостями за день.

Дома в селении Авезин были построены из глины. Мы сами пекли хлеб и готовили еду по утрам, днем уходили на работу, а вечером, вернувшись усталыми после тяжелого рабочего дня, ужинали при свете старых керосиновых ламп.

В нашей семье, включая меня, было поначалу три сестры и шестеро братьев, однако один из них, Кайюм, скончался, когда я была еще совсем маленькой. Моих братьев звали Рахим, Ибрахим, Джомэ, Саттар и Джаббар, а сестер – Лейла и Сима.

В те времена не у всех детей были документы; к примеру, в нашей семье моим братьям и сестрам уже исполнилось по 5 лет, а у них еще не было свидетельства о рождении. Даже возраст, указанный в наших паспортах, отличался от реального. Несмотря на это, я все же знаю, что Рахим родился в 1959 году, Ибрахим – в 1963, Джомэ – в 1967, Лейла – в 1968, Саттар – в 1970, близняшки Джаббар и Сима – в 1974.

Иногда за свидетельством о рождении отправлялись дяди, и, так как за моим также отправился мой дядя, то я оказалась записана на его фамилию – Хейдарпур. Все остальные мои братья тоже записаны как Хейдарпур, кроме Джаббара и Симы: у них единственных фамилия нашего отца – Селимманеш.

Будучи вторым ребенком в нашей большой семье, я была очень ответственной и боевой старшей сестрой: заступалась за своих братьев и сестер, ухаживала за ними и выполняла за них работу.

Я очень любила отца, а он среди всех своих детей всегда выделял меня и с любовью говорил:

– Фарангис, ты моя поддержка. Ты самая большая моя помощь.