Дружба втроем кончилась неожиданно не только для Хишама, но и для Лены: Светлана вышла замуж за своего земляка, Мамеда. Сейчас они оба уже в Ташкенте, и через несколько дней будет повторная, торжественная свадьба - с родными, с фатой, с множеством гостей…

Хишам после этого “сюрприза” (а Светка готовила именно сюрприз, не уступая в коварстве любой женщине) стал относиться к Лене с удвоенной нежностью. Казалось, она утешала его самим фактом своего существования - была живым свидетелем недавней жаркой любви. А еще и доказательством того, что на свете есть отношения более человечные и прочные, чем даже сама любовь.

… Лена выскочила из лифта, опрометью пробежала громадный холл первого этажа, увидела толпу и с замиранием сердца медленно пошла к каменному парапету. Стала пробиваться между людьми, все быстрее и быстрее, вдруг испугавшись, что не успеет. Пробилась, когда его уже укладывали на носилки. Узнала красивую черную голову с седой прядкой - и замерла от ужаса.

Это действительно был Хишам.

“Не мог он сам”,- думала она, сидя на парапете близ ограждения, устроенного службой охраны порядка. За носилками не пошла - бессмысленно: Хишам жил на 16-м этаже. Упав или спрыгнув с такой высоты, не остаются живыми. “Не мог он сам. Это сделал кто-то нарочно. Чтобы он не вернулся на родину. Здесь у него никаких дел уже не оставалось. Значит, кто-то не захотел, чтобы он от нас, любя нас, вернулся в Египет. Кто?” Тут были полнейшая темнота. Темнота… Что-то ей напомнило это мысленно произнесенное слово. Да, конечно: такая же темнота была, когда она соображала, кто погиб. И вот - уже полнейшая ясность. Если бы такая же ясность наступила и в том, кто виноват в его гибели!…

Что же теперь делать?…

Каникулярная свобода оборачивалась пыткой. Никуда не нужно идти, и никуда идти не хотелось. Все дела и заботы потеряли смысл после случившегося. В лес? Зачем? Там она собиралась размышлять, кого надо предупредить о несчастье. А предупредить теперь осталось разве что Светку. Могла бы и подождать со свадьбой, вдруг рассердилась она на подругу. Никуда бы не делся ее Мамед: ждал ее благосклонности уже два года. И не были бы испорчены Хишаму последние месяцы жизни. А может, он тогда и не погиб бы? Если бы она всегда была рядом?… Ой-ей-ей! Получилось, что погубили его - его родители! Объясни я это его матери, она бы с ума сошла!…

Наконец встала с парапета - поднял зазвучавший в голове голос мамы: “Не сиди на камне, даже в жару!” И все-таки пошла за носилками - в больничный корпус: вдруг нужна какая-то помощь? Но дежурный не пустил дальше прихожей: “Какая там помощь?! Случай полностью безнадежный”.

Побрела к себе. Посидела, стараясь собраться с силами и с мыслями. Механически протянула руку к приемнику.

“… Предупреждаем: сегодня и завтра выходить в море на яхтах опасно. Просим также не заплывать далеко. Всемирно известные морские течения Куросио и Оясио вскоре могут превратить Японское море в Дьявольское. Однако несчастье случилось все-таки не у нас, а у наших соседей - в Университете дружбы народов”.

Ну да, она ведь оставила шкалу на месте вещания “Кипариса”. Они, значит, уже знают? Через 20-30 минут? Или они о другом?

“Как нам передал с места события наш корреспондент, сегодня в два часа пополудни с 18-го этажа студенческого общежития упал студент-египтянин. Он закончил учебу в университете и собирался отбыть домой, в Каир. На прощание они с другом решили пройтись по карнизу из одной комнаты в другую.

Друг уверял, что это абсолютно безопасно, так как на верхних этажах установлены энергетические щиты. Как теперь выяснилось, он ошибся: щиты начинаются выше. Что это за щиты, нам непонятно - ни на одной из фотографий здания они не видны.

(“Еще бы Клара поняла, что это за шиты!… Впрочем, при чем тут Клара: она ведь читает чужой текст”.) Разбился только студент-египтянин. Имена друзей нам не сообщили. Думаем, друг понесет серьезное наказание, даже если сделал это не нарочно.

Приносим соседям наши соболезнования…

Перейдем от трагедии на материке к нашей с вами разумной жизни, где нет и не может быть трагедий”,- вступил Хабиб, и Лена резко выключила приемник.

Вот что значит думать только о себе! Мне была показана реальность, которая должна была осуществиться примерно через час. То есть предоставлялась уйма времени. А я ничего не сделала! И в том, что в картинке-галлюцинации не разглядела лица погибшего, тоже виновата: надо было с большим вниманием вглядываться. А я тут же начала думать о себе, о своем рассудке, своей усталости… Вот так и приходят к нам трагедии - якобы нежданно-негаданно, а на самом деле от нашего равнодушия, нашей сосредоточенности на собственных интересах?…

Оставим Лену за этими горькими и не совсем справедливыми раздумьями. Но не будем пренебрегать и словами Н. К. Рериха по этому вопросу: “В жизни ничего случайного не бывает - все закономерно”.

Махкам МАХМУДОВ. Я - ВАША МЕЧТА

Фантастический рассказ [Переработанный и дополненный вариант.]