Читаем Фантастика 1986 полностью

— Ну что ж, ты подумай, стоит ли тебе с нами связываться, продолжал Ильин. — А если надумаешь, позвони, и мы тебя в тот же миг оформим. Да, чуть не забыл. — Он вытащил какую-то бумагу. — Про разговор наш никому не говори, а то еще засмеют. Да и все равно не поверят.

В этом он был, пожалуй, прав.

— А если поверят?

— Нет, ты уж своих близких не тревожь. Да и посторонним здесь делать нечего. Слышал ведь, что Шиллер сказал: штаты у нас все забиты. Так что ни о чем говорить не надо, а потому и распишись.

Я расписался, но еще смутно себе представлял, как на сей раз смогу выдержать и не рассказать все Ларисе.

— Но почему я? — пришло мне в голову. — Что у вас, киноаппаратуры мало?

— Любой аппаратуры у нас хоть отбавляй, — рассмеялся Ильин, — а вот художников нет. В общем, время покажет.

Не успел я осмыслить эту фразу, как на его столе замигала какая-то лампочка.

— Вот мне и пора. Ты все понял?

— Что такое условия Лихнеровича? — вдруг выпалил я.

— Условия Лихнеровича? — Брови Ильина удивленно взметнулись вверх. — Это условия сшивания миров, но, собственно, тебе-то и не надо все знать.

— А можно и мне к Ковалеву?

— Сегодня на тебя хватит. Отложим на следующий раз.

Он нажал еще раз на какую-то кнопку — стена сзади него несколько разошлась. Ильин откатился на своей коляске в образовавшуюся нишу. Но кто такой Ковалев?

Однако стена уже вновь захлопнулась, и по донесшемуся гулу я понял, что за ней находится лифт. В неожиданно опустевшем кабинете мне опять сделалось жутко, и я бросился к двери, которая с готовностью распахнулась. Сверху, со второго этажа, доносились голоса, но я понуро направился к выходу. Это он нарочно, подумалось мне, чтобы я еще раз пришел.

— Слышь, — обратился ко мне вахтер. — Уважь старика, нарисуй мне табличку «Предъявлять пропуск в развернутом виде».

Новости здесь распространялись быстро.

— Зачем тебе, дядя Саша? Все равно всех в лицо знаешь.

— А для порядка. Вот проходят некоторые — и ни здрасьте тебе, ни до свидания.

— Ладно, — пообещал я. — И до свидания.

И тут же понял, что бесповоротно связал свою судьбу с этим таинственным домом. Одно меня беспокоило — что я скажу Ларисе? Врать я не умел, тем более ей, а правду говорить не мог.

ДВЕРЬ В ДРУГОЙ МИР

Однако все обошлось как нельзя лучше. Когда я вернулся на работу и первым делом написал заявление об уходе, Ларису словно подменили. Она вообще молчала весь остаток дня и лишь как-то жалобно на меня посматривала. Я с трудом все это выдерживал, а потом взорвался:

— Ну что ты молчишь? Да, я ухожу.

— Не кричи. Я поняла. Ты хоть звонить мне будешь?

Вот, пожалуй, и все о роли Ларисы в этой истории. О роли ее в дальнейшей моей жизни я здесь умолчу. Во всяком случае, она уже не имеет никакого отношения ко всем тем делам, о которых я расскажу дальше.

Уволился я довольно легко, и начальство обещало меня быстро отпустить, как только найду себе замену. Мне это не представило особого труда, поскольку у меня масса приятелей среди внештатных художников. Одного из них я и упросил посидеть хотя бы полгода в штате. Работа у меня была простая: подправлять чьи-то графики, писать объявления и все прочее. А кроме того, имелось время и для внештатной работы, о которой говорил Ильин.

Через неделю я позвонил Ильину и сообщил, что полностью свободен.

— Вот и чудесно, — сказал Ильин. — Можешь приступать к работе хоть завтра. Петрунис тебе скажет, что делать, а его комнату ты знаешь. Там, где был в первый раз.

— Ну а что же оказалось за дверью? — полюбопытствовал я.

— А это ты сам у Ковалева спросишь. До завтра.

На следующий день я проснулся как никогда рано. Дело в том, что я забыл спросить у Ильина, к какому часу мне выходить на работу, а позвонить еще раз постеснялся. И чем ближе я подходил к знакомому мне дому, тем больше меня охватывала тревога: приду поздно — будет стыдно начинать работу с опоздания, приду рано — придется коротать время с дядей Сашей. Но то, что я увидел, не лезло ни в какие ворота. Перед входом в здание во дворе собралась, наверное, вся лаборатория. Как я узнал позже, здесь действительно были все, кроме Ильина и Зиманова. Помню, особенно поразил меня очень похожий на пирата забавный старикан, на плече которого расселась маленькая обезьянка. Его окружала стайка людей в белых халатах, и я догадался, что это и есть Арташес Гевондович. Был здесь и Шиллер, который важно разговаривал о чем-то с дядей Сашей. Узнался, конечно, Петруниса, Куприянова, рыжего и некоторых других, присутствующих на «собеседовании». Вспомнив, что Арвид теперь мой новый начальник, я направился к нему.

— А вот и он! — вдруг раздался чей-то возглас.

В первый момент мне даже подумалось: уж не ради меня ли собралась вся компания с целью своего рода ритуального приветствия новичка? Но тут во двор въехал невзрачный грузовичок, и все бросились к нему. Напрасно Шиллер пытался что-то кричать о своей личной ответственности, его не слушали. С грузовика стали быстро снимать какие-то ящики.

— Что стоишь? — крикнули мне. — Подсоби!

— Ему нельзя, — ужаснулся Шиллер.

— Как это? — спросил подошедший рыжий. — Болен, что ли?