Читаем Фантастика 1984 полностью

Фургон взревел и с места рванулся на шарахнувшуюся толпу. Петля затянулась, зазвенел трос, и крыло обломилось у самого основания. Короткий восторженный рев пронесся по площади. Точно так же было обрушено второе крыло. Потом из фургона косо выдвинулась металлическая ферма, с вершины которой свисал на тросе громадный черный шар. Ферма резко качнулась, и чудовищной силы удар потряс чешуйчатое тело дракона. Во все стороны брызнули осколки, треугольные гребешки на хребте обломились и посыпались вниз, исчезли кольчатые щупальца.

Черный шар обрушивал удар за ударом. «Ах! Ах!» — вторила толпа. Дракон Морт все еще цеплялся за постамент изломанными ногами, но уже низверглась бородавчатая голова и покатилась по земле, сжимая в зубах остатки хвоста, уже провалился хребет, и тут ферма пошла ниже и несколькими ударами смела верхние камни постамента.

Серая волна накидок захлестнула фургон и разломанный ill постамент, скрыв их от глаз Алана и Счена. Когда толпа отхлынула, центр площади был гол.

— Так! — одобрил Алан.

— Смотри дальше, — успокоил его Счен, положив ему на плечо могучую ладонь.

Откуда-то сбоку загрохотала музыка, на месте бывшего постамента открылся темный провал. Из глубины медленно и торжественно поднялось нечто бесформенное, запеленатое в серое покрывало.

Опять посыпался мелкий дождь. Толпа немо стыла, не поднимая капюшонов.

Два стражника подняли на крышу фургона маленького толстого горожанина. Тот потоптался, оправляя сверкающую коричневую одежду, вскинул над головой короткую руку и принялся выкрикивать тонким голосом непонятные слова.

До Алана доносилось:

— Единым вздохом! Стражники страждут!.. Центр мирового равновесия!.. Через семь гробов!.. Сизое воинство!.. Хвост и зубы дракона!.. Теснее сдвинем фургоны!..

Толстяк кричал долго и страстно, а когда завершающе рубанул рукой, толпа бурно зашевелилась и загудела. Стражники подскочили к закутанной бесформенной громаде и дернули за свисающие веревки. Покрывало зашевелилось, медленно поползло вниз, открывая вертикальный треугольник крыла, иззубренный пластинками хребет, изогнутое чешуйчатое тело.

Дракон Морт, вцепившись когтями в постамент и яростно раздувая спиралевидные щупальца, пожирал собственный хвост. Огненные черточки его зрачков горели неукрощенной злобой.

Толпа на площади веселилась и буйствовала. Вверх летели серые и голубые накидки, громыхала музыка; то там, то здесь вспыхивали палочки горючего сланца и пологими дугами летели над головами. Вокруг дракона Морта в разные стороны кружились концентрические кольца горожан, сцепившихся руками.

Отворачиваясь от клубов желтого дыма, Счен угрюмо спросил: — Ну, как?

— Ничего не понял, — пожаловался Алан.

— А этого и не требуется. Главное — в едином вздохе.

— Хочу уйти.

— Тебя не пропустят сквозь заслоны экипажей. — Счен задумался. — Послушай, ты наверняка устал и проголодался. Вот основание с моим адресом, иди и отдохни. Я вернусь к вечеру.

— А ключ?

— Что ключ? — не понял Счен.

— Дверь, наверное, закрыта.

Тяжелая складка подковой охватила жесткий рот Счена:

— На Яне двери никогда не запирают, ибо честному горожанину не от кого прятаться. Ступай!

Счен жил в угловом грибе недалеко от Драконовой площади. Низкая каменная арка, не круглая, а квадратная, зияла, как вход в пещеру. Алан быстро прошел по узкому длинному двору, с трудом открыл тяжелую дверь подъезда и постоял на нижнем ярусе, переводя дыхание. За ним вроде бы никто не шел. В доме было тихо и холодно.

Алан двинулся по деревянной скрипучей лестнице навстречу зеленоватому свету, льющемуся сверху. На шестом ярусе его ослепил фонарь, забранный в ржавую решетку. Несколькими шагами дальше темнела дверь с тускло-серой табличкой: «Книжник Счен» — и знакомым рычажком. Алан толкнул дверь и вошел в комнату, которая ударила по глазам обилием книг. Зеркальные корешки сияли на боковых стенах, вокруг окна, над низкой лежанкой. Книги рядами стояли на широком столе, толпились на подоконнике, грудились в углах. Алан восхищенно поцокал языком и медленно двинулся по комнате, скользя глазами по невиданному богатству.

Он поглаживал книги ладонью, осторожно вытаскивал из гнезд и, раздувая страницы, прочитывал несколько строчек, просматривал оглавления. Имена древних великих книжников вздрагивали на титулах. Нашлось несколько томиков, написанных Сченом. Алан бежал глазами по знакомым и все-таки странным стихам. Прекрасные по форме, по мускулистой гибкости слова, они так или иначе были связаны с драконом Мортом. Подвиги Морта превозносились, преступления клеймились, атрибуты дракона постоянно использовались для сравнений и метафор.