Читаем Фантастика 1984 полностью

И вот однажды вечером, узнав адрес этого человека, я отправился к нему на квартиру, не зная, насколько доброжелательно он отнесется к моему незваному визиту. Но все опасения оказались напрасными. Бывший учитель зоологии меня сразу узнал и оживился.

— А, Фома неверующий!.. Какими судьбами, чем обязан?

Я объяснил, что заинтересовался его «Лунной гипотезой».

На лице старика появилась радостная улыбка:

— Что ж, я с удовольствием вам ее изложу. Только посидите немножко, у меня ужин доваривается.

Пока Порфирий Игнатьевич заканчивал на кухне свои кулинарные дела, я успел оглядеть его небольшую комнату. Все в ней свидетельствовало, что проживает здесь одинокий мужчина. Бросалось в глаза обилие книг и журналов, разложенных в беспорядке, где только можно. На шкафу я заметил небольшой телескоп и какие-то непонятные приборы. А на стенах висело несколько уже изрядно выцветших акварельных пейзажей, видимо, сделанных хозяином квартиры много лет назад.

— Ну вот, теперь я весь в вашем распоряжении, — сказал Порфирий Игнатьевич, минут через пять вернувшись из кухни. — Только представьтесь, пожалуйста.

Я назвал себя, добавив, что имею техническое образование.

— Очень хорошо, значит, мы лучше поймем друг друга! Итак, вам непонятно, как наша романтическая Селена, на которой помешались поэты и влюбленные, могла погубить динозавров? Действительно, на первый взгляд такое утверждение звучит странно, особенно для человека, мало знакомого с далеким прошлым нашей Земли.

— Да, я, пожалуй, отношусь именно к таким людям.

— Ну ничего, — отозвался старик. — Сейчас мы мысленно отправимся с вами в глубь веков, в далекую мезозойскую эру. На нашей планете к этому времени создались очень благоприятные условия для развития животного и растительного мира. Вслед за рыбами и земноводными в триасовом периоде появились пресмыкающиеся. Наша планета вращалась в то время в несколько раз быстрее, что способствовало испаряемости древнего океана. Частые мощные ливни создавали множество озер и болот, буйная растительность покрывала всю сушу и мелководья. К небу тянулись причудливые кроны громадных деревьев — хвощей, каламитов, сингиляриев и других. Центробежный эффект, уменьшавший силу земного притяжения, особенно на экваторе и прилегающих к нему широтах, накладывал отпечаток на развитие не только растительного, а и животного мира. Природа могла позволить себе создать таких гигантов, как бронтозавры, стегозавры и прочие звери, а также летающие ящеры. Несмотря на огромный вес, передвигаться по земле и летать им было сравнительно легко.

— Но причем здесь все-таки Луна? — перебил я.

— Не спешите, дойдем и до нее, — отозвался мой собеседник. И продолжал: — Наша старушка Земля обращалась в то время вокруг Солнца в гордом одиночестве. Лишь изредка сближалась она на расстояние всего нескольких миллионов километров с небольшой бледно-желтой плакеткой. И каждый раз они воздействовали друг на друга своим тяготением. Особенно заметно от таких встреч изменялась орбита малой планеты. И в конце концов она вынуждена была превратиться в спутницу нашей Земли. Это случилось где-то в конце мезозойской эры…

— Да, существует такая гипотеза, — отозвался я. — Но все же каким образом, став спутником Земли, Луна погубила древних великанов?

— Сейчас все поймете, — сказал Порфирий Игнатьевич. — До этого «брачного союза» Земля вращалась быстро и довольно равномерно, а ее жидкое ядро было значительно больше. И вот, когда она обзавелась Луной, в ее недрах и водах возникли мощные приливные явления… Они стали тормозить вращение, вызывать разломы в твердой коре. В результате возникли сильные землетрясения, заговорили тысячи новых вулканов. Потоки раскаленной лавы и ядовитые газы уничтожали все живое. А небо заволокли плотные черные тучи из дыма и пепла, сквозь которые трудно было пробиться солнечным лучам. Вот что наделала эта земная спутница!

Порфирий Игнатьевич немного передохнул и продолжал:

— А наша Земля все замедляла свое вращение, и в довершение прочих бед, уцелевшим гигантам все труднее становилось передвигаться. Их тела, конечности и весь организм не был приспособлен ко все увеличивающемуся земному притяжению. Все это, вместе взятое, и послужило причиной резких изменений в животном и растительном мире.

— Но почему же в дальнейшем Луна стала такой безобидной?

— Так ли уж безобидной? — возразил хозяин квартиры. — Уже давно замечено, что землетрясения чаще всего случаются в дни новолуний и полнолуний, особенно если Луна в это время оказывается вблизи перигея. И сейчас она тормозит вращение нашей Земли, но очень медленно. А в то далекое время процесс торможения шел значительно активнее.

— Почему вы так считаете? — спросил я.

— Для этого существовал ряд причин, — ответил старик. — Во-первых, жидкое ядро нашей планеты было больше. Во-вторых, оно еще не «притерлось» к твердой коре. В-третьих, сама Земля вращалась быстрее. Ну и, в-четвертых, расстояние до Луны было тогда меньше, что очень существенно. Вас это убеждает?

— Не совсем, — признался я. — Скажите, «в-четвертых» — лишь предположение?