— Я его нашел в ста метрах от злополучного захоронения. Ничего не замечаете? — искусствовед зажег свет и озарил украшение из слоновой кости. Засветилось золото орнамента, арабская вязь.

— Какая прелесть! Да медальону цены нет! Сколько ему лет? — спросила Анна Казимировна.

— Не менее пятисот. Но не это сейчас главное. Посмотрите на экран. Видите? — Борис Владимирович поднял руку. — Какое сходство! Сегодняшний мираж и древний медальон — такое совпадение может быть только раз в истории.

— Молодец, Александр! Развеял впечатление от легенды, — Анна Казимировна поднялась с ящика. — Теперь мы неделю спать не будем. Вы правы, Борис Владимирович, загадок много… На сегодня довольно, пора и отдыхать.

Но Василий, не дослушав ее, вскочил и взволнованно воскликнул:

— Неужели вы всерьез считаете, что это простое совпадение? Нет же! Это ключ к тайне. И тайна эта… И впрочем, хотите разгадку? Анна Казимировна, разрешите!

Возражений не было, и он продолжал:

— Изображение на медальоне и лицо на экране не просто похожи. Ясно как день — это копия и оригинал. Чему вы улыбаетесь, Борис Владимирович? Вот прослушали легенду и сразу забыли. А она связывает в одно целое и мираж и медальон. Где вы его нашли? От кладбища скелетов на расстоянии полета стрелы. Верно? Я уверен, что медальон когда-то принадлежал этой даме в серой тунике. А сделал его негр, стоящий рядом с ней. Ведь он был мастером таких вещей. Короче, мираж — иллюстрация к легенде. Что вы на это скажете?

Василий замолчал и посмотрел на экран, потом снова на слушателей. Откровенная усмешка Александра возмутила его, он заволновался еще больше:

— Нам повезло. Мы заглянули в другой мир, который человечеству давно знаком, который считается сказочным, существует только в воображении. Вот вы смотрите на меня как на чудака, начитавшегося фантастических романов. Когда-то оба мира соприкасались, были рядом. Потом что-то случилось, и тот гиперпространственный мир стал как бы потусторонним, а позднее — сказкой. Фея Моргана, волшебник Мерлинн были живыми людьми и похожими на нас, и другими одновременно. Может быть, и мы для них — непонятные фантастические существа. Перед нами поднялась фата Времени, о которой говорил Галактионыч. Необычный мираж — это же сигнал, нам, людям. Поймите, простое совпадение невозможно: и легенда, и медальон, и мираж, да еще и внезапный уход племени. Что все связывает? Легенда! Несомненно, на экране мы видели ее финал.

— Василий, ты романтик пустыни. Поздравляю, версия очень занимательная, особенно ночью… Ведь фея была непременным участником «круглого стола». Но пора спать… — Анна Казимировна тихо засмеялась. Александр выключил проектор.

— Как хотите. Вы не археологи, а архилогики. Все равно я докажу, что я прав, — обиженно произнес Василий и вышел из палатки.

…Яркие крылья рассвета поднялись над дюнами. Ночное безмолвие сменилось тишиной пробуждающихся песков. Небо наливалось теплой голубизной и предвещало обычный жаркий день.

Пыльный вихрь в центре лагеря поднялся неожиданно. Палатки чудом выдержали бешеный напор ветра. Начали собираться на завтрак, как что-то необычное заставило всех остановиться.

В нескольких шагах от палатки-склада стояла девушка.

Странная туника с длинными широкими рукавами переливалась лазурью. Невдалеке дышало прохладой синее озеро, окаймленное полосой финиковых пальм. Свежая радуга разбежалась по куполам дворца, скрытого утренней дымкой…

Виктор Потапов

ОН НАЗВАЛ ЕЕ УДИВЛЕНИЕМ

Как космический заяц, мой корабль чертил зигзаги — от звезды к звезде, от звезды к звезде. А по пятам, не отрывая носа от следа, упорно гнался все тот же серый волк, мой вечный спутник — одиночество. И было еще неизвестно: загонит ли он меня совсем и, подняв окровавленную морду над добычей, торжествующе зарычит, или я все-таки убегу?

Алмазными подвесками сверкали на черном бархате космоса звезды, без устали подмигивали, кокетливо щурились, зазывая таких бродяг, как я, но всегда оказывалось, что, кроме всесжигающего огня и ледяных унылых пустынь, у них ничего нет за душой.

Эти грубые характеры были не по мне. Я желал найти мир, где между льдом и пламенем существовали бы нежные переходы: зелень травы, щебет птиц, запах жизни. Где бы стояли тихие старинные города с укутанными тенью деревьев улицами, где бы журчали, струясь в кайме древних плит и искрясь темной зеленью на солнце, прохладные воды каналов. И еще я бы хотел, чтобы там жили добрые люди. Хотя мне было бы достаточно и одного… вернее, одной… Единственной!.. Но как трудно найти ее теперь, когда мир людей расширился почти до сотни обитаемых звезд. Кто подскажет мне, возле какой из них кружится та планета, на которой живет она?