Читаем Фантастика 1981 полностью

— Я все-таки не могу понять, что же может случиться непредвиденного, если мой дед встретится со своим вторым сознанием? Его здесь и оставляли ради встречи.

— Представьте себе, что в сосуд, рассчитанный на пять литров воды, мы попытаемся влить все двадцать пять. Ясно, что лишняя вода спокойно вытечет. Если же мы не будем давать ей вытекать, а пустим ее туда под давлением, то этот сосуд просто разорвет. Примерно то же самое может произойти и с сознание вашего деда. Человеческий мозг самой природой предназначен для активного поглощения информации ну, скажем, 200250 лет. В этом случае при встрече со своим вторым сознанием у вашего деда перегрузка получилась бы двойной. Не забывайте, компьютер не человек. За единицу времени он поглощает в сотни, тысячи раз больше информации, и что может случиться с человеком, когда на него обрушится вся эта лавина знаний, точно никто сказать не может.

— Да, но мой дед не первый человек, который, улетая в космос, оставлял на Земле свое сознание? — спросил Михаил вице-президента.

— Он единственный, кто отсутствовал так долго, — спокойно ответил Гарбузов. — Предельный срок, который был до этого, — сто с небольшим лет. У такого человека даже без встречи со своим вторым «Я» было гораздо больше шансов ассимилироваться в новом для него мире, чем у вашего деда. Пять веков — это слишком большой срок. — Гарбузов налил себе еще одну чашечку кофе и, помешивая его ложкой, встал. Он подошел к окну и стал разглядывать простирающийся перед ним парк, как будто видел его впервые.

— Да, я совсем забыл спросить вас, — Гарбузов резко повернулся к Михаилу и поставил на стол пустую чашечку, — не спрашивал ли вас электронный дед, как вы узнали о его существовании?

— Спрашивал.

— И что же вы ответили?

— Сказал, что узнал случайно.

— И обещали заходить?

— Да, обещал.

— Ну что ж… Ну что ж. Мы убеждены, что электронный мозг может вмещать в тысячу раз больше информации, чем способны вместить мы с вами, — сказал вице-президент, садясь в кресло, — а значит, и в миллион раз больше, чем ваш прославленный дед. Чтобы ваш настоящий дед, не подвергая никакой опасности свой мозг, смог получить не отрывочные сведения, а соединенную связями информацию, его второе электронное «Я» само должно заняться сокращениями.

— Как это?

— Я пригласил вас уговорить второе сознание вашего Ивана Петрухина на сокращение своих знаний. Ведь вы все-таки его родственник. Попытайтесь уговорить его… Снимите пломбу с голубого рычага на левой стороне ящика и поверните на 180 градусов. Так вы отключите устройство, запрещающее компьютеру самому стирать свою память. Устройства ввели, когда несколько компьютеров, которым по тем или иным причинам надоело жить, взяли да и стерли всю память.

— Постараюсь, — пообещал Михаил.

Он был молод, счастлив и не знал поражений.

Ночью Михаил спал плохо. Снились кошмары: то компьютер пытается задушить его невесть откуда взявшимися щупальцами, то перед ним раскалывалась на части чья-то голова, то он видел вылезшего из допотопной ракеты старика с огромной спутанной седой бородой, который зачем-то гнался за убегающим Михаилом. Утром Петрухин проснулся невыспавшийся и обескураженный.

Когда он подходил к знакомому зданию, на душе у него было муторно. Вошел в приемную, Людмила сидела, как и сутки назад, и смотрела на экран. Услышав шаги, подняла голову и, узнав Михаила, улыбнулась.

— Вы решили приходить к нам?

— Я же обещал вам…

Михаил не воспользовался подъемником, пошел на второй этаж пешком. Он смело рванул дверь, ведущую в зал.

— Здравствуй! — произнес серо-серебристый ящик, едва Михаил подошел к нему. — Я рад. А ты чем-то расстроен?

— Нет, — сказал Михаил и поймал себя на мысли, что он врет.

— Тогда поболтаем. Скучно здесь без нового человека.

— Знаешь, дедушка, — вдруг решился Михаил, — я тебя обманул вчера, сказав, будто узнал о тебе случайно. Мне дано одно поручение…

— Ну что же, говори… Я сразу заметил, что ты чем-то огорчен.

— Послушай, а ты помнишь, когда ты здесь появился?

— Помню прекрасно. Я должен был лететь вместе с Гарри к Проксиме Центавра. Меня оставили здесь, а другой полетел.

— А если другое «Я», которое дало тебе жизнь, вернется?

— Корабль его погиб. Попал в метеоритное облако. Мы с Гарри страшно переживали, когда узнали об этом. Помню, Гарри со мной дня три разговаривать не хотел. Ведь я уговорил его тогда лететь. А почему это тебя интересует?

— Иван Петрухин возвращается…

То ли смех, то ли кашель услышал Михаил.

— Иван Петрухин жив, слышишь? А Гарри Холдер, судя по всему, погиб… Бортовые системы сообщили, что на ракете находится только космонавт, то есть Иван Петрухин, — продолжал Михаил.

Компьютер молчал. Прошли одна, две, три минуты, но компьютер не отзывался. Безмолвие становилось тягостным.

Михаил не выдержал:

— Ты выполнишь то, что и должен был сделать. Отдашь все знания тому, для кого они предназначаются.