Читаем Фантастика 1968 полностью

Это был не тот вопрос, на который можно было бы ответить односложно. Потому что хомо сапиенс — это одно, кроманьонцы или неандертальцы — другое, а австралопитек — третье. Он терпеливо выслушал меня. Помолчал. А потом спросил:

— А что вы сделали с нами?

С динозаврами?

МЫ? С динозаврами? Только теперь я заметил, как он стар. Казалось, он даже дышал с трудом, так тяжело и аритмично вздымались бока его огромного тела.

Я объяснил, что динозавры исчезли с Земли десятки миллионов лет до того, как на ней появился человек. Мы их не трогали. Они вымерли сами.

— Вымерли? Отчего? Я еще раз оказался в затруднении. Есть несколько гипотез, сказал я. Может, в этом повинны климатические условия? Правда, изменение климата не совпадает с периодом гибели динозавров. Возможно, их убило резкое повышение радиоактивности или вспышка на Солнце. Но почему тогда уцелели другие виды? А может, они не выдержали конкуренции с млекопитающими…

Так каждое предположение опровергало себя же. Я не был уверен, что внес какую-то ясность, и поэтому замолчал.

У него была морщинистая шея, по ней ходил какой-то комок, а на морде было такое выражение, что я не мог понять — силится ли он улыбнуться или сейчас заплачет.

— Послушай, — наклонился он ко мне, — Я должен узнать это. Я должен знать, отчего они погибли.

Из его пасти на меня пахнуло теплым коровьим запахом. Я вспомнил, что динозавры травоядные, и исполнился к нему еще большей жалости.

— Я постараюсь, — пообещал я, — я посмотрю литературу.

— Пожалуйста, мне это очень важно.

Это был очень вежливый динозавр. И тогда я решился задать ему вопрос, который вертелся у меня все время… Как он попал сюда и что делает в этом подмосковном лесу?

— Я очень долго добирался сюда, — начал он медленно, словно не зная, как еще объяснить мне свое появление. — Скажи, а вы, люди, конечно, знали, что динозавры — разумные существа?

Несколько пристыженно я признался, что нет, не знали.

И здесь я услышал, как он смеется. При этом он откидывал голову назад и разевал большую, похожую на кожаный кошелек пасть.

Я не разделял его веселья, потому что мне стало обидно. Как могли мы догадаться об этом! Если бы до Нас дошли хоть какие-нибудь материальные следы. Скажем, скребок. Или наконечник стрелы.

— А ты думаешь, через семьдесят миллионов лет останутся какие-нибудь следы от вашей цивилизации? — усмехнулся он. — От ваших библиотек, ваших автомобилей или картин? Если тогда Землю будет населять какая-нибудь другая разумная раса, вы будете для нее такими же ископаемыми животными, как для вас мы или саблезубый тигр…

И я представил себе царство кошек. Почему-то именно кошек.

И то, как будут они объяснять исчезновение человека. Во-первых, он был совершенно неприспособлен к жизни. Он не был даже покрыт шерстью. А во-вторых, не умел ловить мышей. Рассуждения с позиций своего биологического вида. Так муравьи считали бы, что невозможна цивилизация помимо муравейника. Впрочем, разве мы, люди, рассуждаем иначе?

И тогда, словно поняв мои раздумья, заговорил он:

— Возможен иной разум. Для него не нужны ни скребки, ни наконечники для стрел…

Такой была цивилизация динозавров. Он рассказал мне о ней.

Они обитали среди первозданных лесов и первобытных болот. Но сами они не ощущали свой мир ни первобытным, ни первозданным.

Для них он был так же стар и древен, как наш представляется нам.

Они не нуждались в жилищах, и им не нужны были орудия труда.

Они могли воздействовать на мир, минуя различные приспособления.

Это достигалось простым усилием воли. Чтобы доставить мне удовольствие, он поднял взглядом большое бревно и отшвырнул его в дальний конец поляны. Их эволюция продолжалась миллет. Это была эволюция не машин, не механизмов и не предметов, как в человеческой цивилизации, а самих существ, составлявших ее. Со временем они смогли развивать в себе психическую энергию чудовищной силы. Энергию, посредством которой можно было воздействовать не только на предметы, но и на себя самих. Не удивительно, что настало время, когда пространство вне Земли стало доступно им.

Теперь я начинал понимать, что это за странная капсула, огромным муравьиным яйцом белевшая в кустах. Очевидно, он прилетел оттуда, с какой-нибудь из отдаленных систем, которых, возможно, нет даже на наших звездных картах.

Прилетел на Землю, чтобы увидеть, что в доме его предков давно уже поселились другие:

— Я обязательно узнаю, отчего погибли динозавры, — повторил я. — Я поеду в библиотеку…

Он кивнул и несколько секунд молча смотрел на меня.

— Я буду ждать тебя послезавтра.

И, наклонив взглядом большую дубовую ветку, принялся задумчиво общипывать с нее губами листья. Короткие передние лапы беспомощно, как пристегнутые, болтались у него на груди.

Только собравшись уходить, я заметил тонкую радужную пленку, словно окружавшую то место, где находились мы.

— Ничего, — пояснил он. — Это искривление пространства…

И приподнял край, давая мне проход. Теперь я понял, почему, идя по лесу, никто не мог видеть его.