Читаем FANтастика полностью

— Называется так. Там педали. Сидишь, крутишь. Как только красная лампочка зеленой сменится, можно запускать.

— Покажи!

На самом деле — генератор. Типа велотренажера. Удобное кресло с высокой спинкой и педали. Сбоку — щиток с приборами. Вольтметр, амперметр, заряд аккумулятора. Генератор приблизительно на четверть киловатта — если поднатужиться. Три часа удовольствия — и можно сделать одну попытку запуска спин-генератора. Если не получилось — еще три часа физических упражнений. Здорово! Прикидываю, что две попытки в день для меня предел. Копыта откину.

— Я могу педали крутить, — влезает Лиана.

— Это мысль, — открываю скрипучую дверцу шкафа с человеческими инструментами, достаю отвертку и начинаю откручивать крышку распределительной коробки «ручного» генератора.

— Что ты хочешь сделать?

— Занять тебя полезным делом, — я уже снимаю корпус с компа. Слава создателю, хоть комп стандартный. Зачищаю концы проводов, соединяю генератор с аккумулятором компа через диодный мостик, выдранный из высоковольтной части блока питания. На всякий случай подключаю вольтметр.

— Садись и крути педали. Если вольтметр покажет больше двадцати вольт, я тебе ноги из задницы выдерну.

Лиана, закусив губу от напряжения, выполняет приказ. Крутить нужно очень медленно. Стрелка вольтметра так и хочет перескочить запретное деление.

— Стой! — разбираю педальный механизм и меняю местами шестерни. Большую и маленькую. Теперь крутить можно раз в восемь быстрее. Вольтметр не зашкалит.

— Старайся удерживать пятнадцать вольт.

Лиана улыбается мне и принимается за дело. Некоторое время наблюдаю за стрелкой, потом включаю комп. Настенный экран приобретает темно-синий цвет, на нем мельтешат цифры и символы режима самотестирования. Пожаловавшись на судьбу, блок питания и напряжение в сети, получив от меня приказ не обращать внимание на подобные мелочи, комп грузит операционную систему. За спиной восторженно взвизгивает Лиана. Экран белеет, восстанавливает последний сеанс работы и высвечивает схему спин-генератора. Значит, девочка не наобум гайки крутила.

Больше трех часов изучаю конструкцию. Эту модель выпустили после нашего отлета с Земли. Ничего принципиально нового, просто добавили схем самодиагностики и защиты от дурака. Чтоб даже питекантроп не смог сделать себе бо-бо.

— Ты защиты отключала?

— Как можно?

— Все можно, если с головой.

Только теперь замечаю, что фонарь совсем не светит. Солнце село, и солнечная батарея не дает энергии. Комната освещается бледным светом экрана компа. Лиана вся покрыта капельками пота. Они блестят как звездочки на ее теле.

— Отбой. Завтра продолжим. Идем спать.

— А ужинать?

— Знаешь, что Максим Горький говорил? «Я всегда презирал людей, которые слишком заботились о том, чтобы быть сытыми».

Как только выключаю комп, в комнате опускается полная темнота. На ощупь нахожу фонарь, переключаю на аккумулятор и нажимаю кнопку. Аккумулятор совсем дохлый, луч света желтеет прямо на глазах. Еле успеваем подняться наверх и пробежать по коридору ко входной двери. Солнце скрылось, но небо на западе светится голубым. Чудесный вечер. Скармливаю Лиане грейпфрут, снимаю с ее ног обмотки и загоняю в холодный-холодный горный ручей. Смываю с бедняжки трудовой пот, а затем растираю посиневшую своей фланелевой рубашкой. Девушка перестает стучать зубами, но соски ее наливаются, а сама густо краснеет.

— Иди покакай перед сном, — направляю ее к ближайшим кустам. Готовить жутко не хочется, но девочка три часа крутила педали и проголодалась. А до этого мы целый день топали по горам. Развожу костер, подтираю Лиане задницу мою руки и достаю из рюкзака остатки мяса. Пахнет. Точно пахнет. Не от рук. От мяса.

— Ты ботулизма не боишься?

— Чего? — вскидывает брови Лиана. — А-а… Боюсь. Только кушать очень хочется…

Холодает. Завертываю Лиану в свою куртку, завязываю рукава узлом на манер смирительной рубашки и погружаюсь в раздумья.

Бидончик я отдал Тоби. Сковородок и кастрюлек у мунтов нет. Но есть кожух распределительной коробки генератора. Связываю из нескольких смолистых веток факел и бегу в генераторную. На обратном пути факел, конечно, гаснет. Но уже виден светлый прямоугольник двери. Кидаю коробку кожуха в костер, чтоб обгорела краска. Ни разу не видел квадратной кастрюли. Да еще без ручек.

Когда коробка начинает светиться бордовым, подцепляю ее палкой, вытаскиваю из костра и пинком отправляю в ручей. Раздается пшик. Наскоро оттираю внутреннюю поверхность песком. Кастрюлька готова. Ставлю вариться мясо. Соли нет. Почему жареное мясо без соли идет отлично, а вареное в горло не лезет?

— Есть соль. В химлаборатории. Соль — это же натрий-хлор, да?

— Правильно, малышка. А в темноте не перепутаешь?

Лиана обиженно замолкает.

Варю мясо долго. Дважды доливаю воду в кастрюльку. Если учесть, что здесь атмосферное давление выше, температура кипения должна быть больше ста. Где-то около ста пяти градусов.

— Вареного ботулизма не боишься?