— Вначале у меня был не столь смелый план и его-то можно было осуществить. Да, я попытался познакомиться с ней с помощью первоначального плана. Суть его была вот в чем: я писатель, а многие писатели пишут очерки о Шэрон Филдс. Для этого им нужно повстречать ее и взять интервью. И хотя журналы для фанов не вдохновляют меня, я решил, что стоит снизойти до них, лишь бы получить возможность увидеть Шэрон Филдс. Поэтому я замыслил кое-какие сюжеты о ней и отправился на студию «Аврора-Филмз», чтобы повстречать Шэрон. Я добрался к ней не ближе отдела по общественным связям. Очевидно, я не показался им достаточно известным, чтобы они одарили меня интервью. Более того, мне сказали, что Шэрон Филдс настолько знаменита, что все на свете добиваются ее внимания, а она слишком занята, чтобы уделять всем время. Поэтому они снабдили меня стандартным материалом и фотографиями и отослали прочь, сказав, что там вполне достаточно материала для работы. Тогда я продолжал размышлять. Поскольку я знал о Шэрон больше, чем о девушках, с которыми постоянно встречался и даже спал, я чувствовал, что стоит мне познакомиться с Шэрон, как я с ней подружусь. Она захочет полюбить меня, как хотел полюбить ее я. И поэтому я начал работать над новым, более смелым планом, который и хочу вам представить.

Адам видел, что Шивли все же не полностью удовлетворен его словами.

— Ну хорошо, почему же ты не попытался применить его, пойти и познакомиться с ней и получить шанс уломать ее с тобой заняться сексом?

— Потому что план слишком сложен для одного человека. Ее положение делает ее менее доступной, нежели большинство женщин. Есть и другие сложности, но нет ни единого препятствия, с которым бы я уже не справился на бумаге. План требует нескольких человек со способностями и организации наподобие нашей. — Он помолчал. — Поскольку мы сегодня откровенны, я скажу вам, что меня сдерживала и другая причина, сходная с той, о которой говорил Лео Бруннер. Я хорош в созидательной работе и могу вынашивать идеи и планы, но вряд ли способен к действию. Поэтому я всегда мечтал найти себе помощников для осуществления моих замыслов.

Шивли не сводил глаз с Мэлона:

— Может, ты нашел то, о чем мечтал, во мне, Йосте, Бруннере?

— Хотел бы надеяться.

— Ну хорошо, хватит дрочить, малыш. С этой минуты я хочу быть практичным. Никаких игрушек. Я уже вижу, как мы наложим на нее лапы. Эту часть я вижу. Но главное, я хотел бы поверить в то, что наступит после этого. Предположим, мы соберемся вчетвером, разработаем детали и наложим на нее лапы. Ты можешь представить нам абсолютную гарантию того, что мы поладим с ней и она не будет возражать против того, чтобы дать нам? Ответь мне на это и я войду в твою команду.

— Мой ответ полностью удовлетворит тебя, — настаивал Мэлон. — У меня есть документальное свидетельство того, что после нашей встречи она с радостью будет с нами сотрудничать.

— Как говорится, лучше один раз увидеть…

— Доказательство?

— Доказательство.

— Я покажу вам его, — твердо пообещал Мэлон, — но не здесь. Оно находится у меня дома. Как только вы увидите его, ваши сомнения исчезнут. Я уверен, что вы захотите пойти со мной. Как насчет того, чтобы собраться у меня на квартире завтра вечером, после ужина? Скажем, в восемь часов.

Шивли положил руки ладонями на стол.

— Что до меня, я согласен. — Он посмотрел на остальных. — Вы «за» или «против»?

Йост нахмурился:

— Само собой, я «за». Кто был бы против того, о чем мы говорили? Я приду. Просто, чтобы узнать, что у него на уме… Мэлон, если ты убедишь меня, что план реален, я пойду с тобой до конца.

Теперь все ожидали ответа Бруннера. Глаза пожилого компаньона ровно мигали за стеклами очков. Наконец он заговорил:

— Я… не знаю. Пожалуй, поскольку я уже зашел далеко, почему бы мне не зайти еще дальше?

Шивли широко ухмыльнулся:

— Единогласно. Вот это мне нравится.

— И мне тоже, — довольно добавил Мэлон. — Это будет нашим девизом: «Все за одного и один за всех».

— Ага, неплохо, — согласился Шивли. — Хорошо, Мэлон, дай-ка нам свой адрес. Мы обязательно придем. И назовем это первой официальной встречей общества «Давайте — трахнем — Шэрон — Филдс».

Мэлон вздрогнул и быстро огляделся, не подслушал ли их кто-нибудь. Оказалось, что нет. Он наклонился к компаньонам.

— По-моему, с этой минуты всем нам следует быть очень осторожными, — прошептал он. — Если мы возьмемся за дело по-настоящему, нужно соблюдать абсолютную конспирацию.

Шивли сложил кружком большой и указательный пальцы.

— Хорошо, поклянемся на крови, — пообещал он. — С этой минуты все делаем в тайне. В паху у меня свербит, а значит, это получится.

— Обязательно получится, — тихо подтвердил Мэлон. — И поэтому я бы предложил название для нашей группы, что-нибудь безобидное…

— Наподобие? — спросил Шивли.

— Ну, скажем… Фан-клуб.

— Ага, — с горящими глазами подтвердил Шивли. — Это здорово. Это подходит, компаньерос. Отныне мы — Фан-клуб!

Глава 3

Среда, вечер. Десять минут девятого. Об этой минуте Адам Мэлон мечтал целый год.